Легенда о Вращающемся Замке

С чего нам лучше будет начать, как ты считаешь?

Пленный бестрепетно встретил взгляд эринландского короля.

— Меня не нужно пытать, — сказал он спокойно. — Скрывать мне нечего. Меня послал сюда мой государь, лорд Клифф из дома Рэдгаров. Он передает тебе привет, Хендрик Грейдан, и говорит, что если ты хочешь поквитаться за реку Твейн, он будет ждать тебя у своих границ. Он убьет тебя там, а потом возьмет приступом Вращающийся Замок и женится на твоей прекрасной жене.

— Вот значит как, — сказал Хендрик тоже на удивление спокойно.

— Не одному мне, выходит, являются дурные мысли. Что ж, мы с Клиффом всегда были сделаны из одного теста. Как тебя зовут? — спросил он пленного.

— Я Питер из Уорвика, сквайр, — пожал он плечами. — Зачем ты спрашиваешь, король? Мертвецам имена ни к чему.

— Ты храбрец, Питер Уорвик. Вздумай ты юлить, я бы приказал повесить тебя, или отрубить голову, или четвертовать. Говоря по правде, я не знаю, какую именно казнь бы предпочел. Но ты говорил мне дерзкие вещи прямо в лицо, и потому я прощаю тебя.

Посидишь пока в темнице. Когда война закончится и Гарланд станет частью моего королевства, я пожалую тебе баронство или даже графство. Ты это заслужил. Стража, уведите его!

Солдаты увели Питера Уорвика. Король, герцог Фэринтайн, Гэрис Фостер и два оруженосца, Гленан и Дэрри, остались в разгромленной зале одни. Дэрри посмотрел на трупы, что валялись здесь и там под ногами, и подумал, что вряд ли когда-нибудь привыкнет к виду мертвецов. Его мутило.

— Вы все слышали, господа, — сказал Хендрик все так же неестественно спокойно.

— Клифф захотел моей крови, а я уже давно хочу его крови. Значит, чья-то кровь неизбежно прольется.

— Ваше величество, — поклонился Эдвард, — позвольте мне говорить.

— Позволяю. Хотя когда-нибудь я прикажу тебя казнить. Я ненавижу твою манерность.

— Простите, я был хорошо воспитан моим отцом, и, в отличие от моего брата, не смог это воспитание преодолеть, — Эдвард произнес эти слова невозмутимо, глядя прямо в побелевшее от ярости лицо короля. — Я знаю, сэр, вы хотели бы, чтоб у реки Твейн остался лежать мертвым другой Фэринтайн.

Но небеса рассудили иначе, и раз я теперь ваш наследник — дозвольте мне высказаться.

Рука короля сжала рукоять топора:

— Я же уже разрешил. Говори наконец, и будь проклят.

— Может, и буду однажды. Ваше величество, я не меньше вашего озабочен судьбой королевства. Наша армия слаба, наши воины устали, а лучших из них нет в живых. Рэдгар прекрасно знает все это, а еще он знает ваш нрав.