Слёзы солнца (*10 иллюстраций)

Лохматый охотник устроил каждому лесному жителю небольшую погоню, оглашая лес радостным визгом-лаем, словно и не два года здоровому кабану, а вовсе ещё щенок.

– Да мы его от колючек не отчистим, – заметил Сёма.

– Не отчистим, так побреем, – отмахнулся Сергий.

Преодолев проверочные рубежи первого десятка километров, Скорпион сбавил шаг, давая возможность блондину отдышаться и смотреть не только под ноги, но и по сторонам.

Сёма замер перед зимним дубом. Древо-великан, покрытый инеем, таял при нашествии весны.

– Эта тайга не так уж и плоха, – обронил розовощёкий Сёма, не в силах надышаться сладким воздухом.

– Впечатляет? – раздался за спиной голос Скорпиона.

– Графа супер! – кивнул Сёма, растеряв весь иной словарный запас.

Скорпион улыбнулся:

– Кто из нас маньяк? Сразу за дубом, вон под той осиной, место выброса негативной энергетики.

– Но ещё не сезон комаров! Какая ещё может быть проверка? – не понял Сёма. – Мы в лесу вообще-то, а не орков в игре гоняем. Ты чего плетёшь? Про клубки змей что ли?

– Ты прав, комаров в это время года нет, но сейчас здесь дежурят другие духи. Так что комары были бы куда приятнее. Вотчина деда – не простое место. Полный перечень защиты. Эти дебри даже из космоса не разглядеть ни одним спутником.

– Ага, инопланетяне в попытках пачками среди деревьев застревают, – хмыкнул Сёма едва слышно и чуть громче добавил. – Но твой дед же белый! Добрый волхв или я чего-то не понял?

Живец меж тем лизнул Сёму в ладонь, упрашивая достать из рюкзака средних размеров кость. Пёс проголодался.

– Цвет не имеет значения, – обронил Сергий. – Это людские мерки. Людям обязательно нужно знать, кто добрый, кто злой. В жизни так не бывает. Всегда есть, как минимум, три варианта и у каждого десятки разных «светлых» и «тёмных» сторон толкования.

– О, а это тот волк, про которого ты мне рассказывал? – Сёма потянулся в сторону кустов, где в таёжном полумраке заблестела пара жёлтых хищных зрачков. «Погладить собачку».

Скорпион дёрнул за шиворот, остановив побратима. На ходу снял перевязь из-за плеч, вытащил из ножен меч, обронил холодно, отрезвляюще:

– Живец, сидеть! Он не по тебе.