А подо мной черным-черно

Продвинувшись чуть ли не к самому краю коридора, я нашёл нужную мне камеру, где на небольшой горке сена одиноко сидела девушка с рыжими волосами по плечи, укутавшись в какой-то порубленный на лоскуты джутовый мешок. Пусть она и не спешила подбегать к клетке как остальные заключённые, но свои зелёные глазки на коридор она всё же навела. Я вышел к ней, словно истинный рыцарь, гордо неся ключи на вытянутой руке, будучи готовым забрать её сердце в обмен на свободу.

– Тюр! Моя дорогая Тюр. Я шёл к вам три дня и три ночи, и всё ради этого блистательного момента, – гордо заявил я, встав перед камерой на одно колено.

– О, Тюр! Вы выйдете ко мне?

От скуки девушки не осталась и следа. Она улыбнулась, поднимаясь с места и медленно подходя ко мне, кладя свою руку на мою вытянутую ей ладонь. Ну разве может быть большее счастье, чем девичья улыбка?

– Ну как я могу отказывать такому завидному господину? – поддержала она моё выступление, стягивая с пальцев моей руки ключи.

– О, вы просто не представляете сколько дам пропускает мой изысканный лик мимо себя.

Им не хватает сил ограничить своё самолюбие, чтобы дать мне дополнить их самих!

Расхохотавшись, она открыла дверь и вышла ко мне, делая не очень умелый, но всё ещё достаточно милый поклон. Я не смог держать себя в руках. Соскочив с места, я взял Тюр за руки и сделал несколько оборотов вокруг себя, уводя её в короткий танец, который она поспешила окончить.

– Всё, Ривенн, хватит придуриваться. Дурака будем валять когда выберемся отсюда.

– Для тебя, моя дорогая Тюр, я просто Рей.

– Как скажешь, только пошли быстрее.

Мы побежали обратно, вдоль всех тех, кто так жаждал получить свободу. Пожалуй, такого воя в этой темнице ещё никогда не поднималось, однако метры резного камня не давали стражникам наверху услышать и одной десятой сего шума. Добравшись до массивной дубовой двери, я аккуратно отодвинул ту, пропуская Тюр вперёд, как истинный джентльмен, пусть в этой ситуации это и было несколько глупо. Однако Тюр не глупа, опыта в своём деле ей хватало, а потому, выйдя наружу, она без проблем прокралась за спинами нескольких стражников, что очень по-мужски сетовали на всю ту мороку, с которой им приходится сталкиваться каждый день.

Я пробирался вслед за ней, ступая по полу с пятки на носок, аккуратно, не поднимая абсолютно никакого шума. Соп спящих в стенах крыс и тот был громче. Однако, проходя прямо за спинами стражей, я ужасно оскорбился тем, насколько небрежно были разложены вещи на их столах.