Второе начало волшебства

Я с трудом разлепил глаза. Этот сон меня преследовал уже несколько лет. Иногда я оказывался в пути к этой непонятной аномалии. Иногда я стоял перед ним и расставлял руны. Иногда я разговаривал с кем-то о том, что пойду к нему. И всегда он обрывался на том, что говорящий отсылал меня куда подальше. Понять природу сна я не мог. Однажды, я рассказал о нём Алёнке и вместо того, чтобы рассмеяться, она нахмурилась, а потом пошла искать какую-то книжку.

Порывшись немного в наших закромах, она отрыла довольно потрёпанное издание «Истории сотворения магии», в котором описывалось то, откуда к нам в мир пришли магические существа, заговоры и аномалии.

Книга эта была такой старой, что уже давно не считалась актуальной. Скорее, считалась набором баек и легенд о героях прошлого. Тем не менее, историки её уважали, поскольку некоторые данные в ней пересекались с доказанными фактами. Пусть и немного в искажённом виде, под впечатлением автора от увиденного.

Немного полистав саму книгу, Алёнка тыкнула пальцем в одну из страниц.

– Вот, гляди. Тут говорится о вещих камнях, которые некогда появились в нашем мире, придя вместе с магией. Никто и никогда не видел их истинного облика, но люди всегда ходили к ним за ответами. И они даже отвечали. В наше время, к вещим очень тяжело добраться. Многие пропадают без вести, но те, кто возвращается, утверждают, что их соратники сходят с ума при подходе и убегают в неизвестном направлении. Они сейчас редко кому отвечают. Может, ты их видел в своих снах?

Я посмотрел на рисунок в книге.

Там был изображён какой-то огромный столб, уходящий в небеса. Перед столбом стоял человек и как будто бы, по задумке художника, разговаривал с собственным отражением. Я покачал головой.

– Во сне я разговаривал с каким-то туманом. Не думаю, что это вещий камень из книги. Тут изображено изваяние, судя по всему, зеркальное.

– Может быть, сейчас к ним нельзя подойти из-за заговоров, которые на них навели древние? Отвода глаз, иллюзии или ещё чего-то подобного?

– Не знаю, Алёнка.

Мне кажется, это просто сон.

С тех пор прошло несколько лет, но этот сон всё также приходил ко мне в разных вариациях. После того, как я поступил в школу храмовников и познакомился с Баюном Васильевичем, пообещал себе, что обязательно поговорю с ним об этом. Но пока никак не получалось.

Тряхнув головой и отбросив раздумья, я потянулся на кушетке и пошёл к выходу из землянки. Василиса выходила последней, шепнув напоследок землянке слова «Сезам закройся».