Я Демиург

Из которых, один так точно, пять лет, как мёртв.

— Сынок, это ты нам объясни, почему ни внуков ни правнуков, мы так и не дождались? — С явным упрёком, отчитывал меня отец. Мы уже с ума сходить начали. Не зная, что и думать…

Но тут, градус безумия усилила бабуля. Она вошла на кухню, нежно погладила козу Марту, а на меня, недобро так взглянув, спросила у родителей:

— Ну что, не признается нарколыга? — Они отрицательно помахали головой. — Вот и этот утверждает, что не торчёк! — Она потрясла очень похожим на мой посох, палкой, но явно потоньше и попроще.

— Мама! — Выкрикнула моя мама, бабушке.

— А ты не мамкай! Я тебе давно говорила, что это за специальность то такая, — художник! Тьфу! Так, баловство одно! Вот и добаловался, на свою тощую задницу!

Вдруг, в разговор влезла коза Марта и с набитым травой мордой, выдала:

— Я что-то, не вкурила, так он торчок или голубок?

— У меня всё нормально с ориентацией! И на баб тянет, но не на таких старых как ты! Уж не серчай, бабуль.

— Внучок, так ты нормальный? Не врёшь? На Петра или Афанасия, точно не встаёт? А почему же ты тогда, про дядю Серёжу, первым делом спросил?

— Да, почему спросил? — Подозрительно быстро, дожёвывая пучок травы, переспросила коза.

Я думал, у меня взорвётся голова.

— Всё! Задрали! Я пошёл. Знал бы, что такое будет, сидел бы себе в нарийской тюрьме и не рыпался.

— Так, а чего ходить-то, здесь она. — Сказала бабуля, пропуская какую-то сгорбившуюся старушку, к нам, в уже становившейся тесной, кухню.

— Привет Андрюш-ша! Это я, твоя ненаглядная! — Удивительно знакомым голосом прошептала противная бабка.

И тут, я вспомнил этот голос!

— Марина?

— Да милый! Иди сюда, я тебя поцелую. У меня от происходящего маразма, закружилась голова, и я плашмя шлёпнулся на кухонный пол.

— Чего припёрлась? Не встаёт на таких старых у него! Сам, только что мне сказал! Раньше надо было думать, а не ноги кому попало раздвигать… — Сквозь обморок, я слышал как моя бабуля, отчитывала каким-то образом состарившуюся Маринку.

— Нет, не встаёт… На голых мужиков с именем Давид, у него встает. — Предположила коза Марта. — Постоянно его голого, в своём универе рисовал.

— Маринка! Хватит его уже лизать-то! Не встанет у него на тебя.