Эпоха пепла 3. И пришел Король

Пинок в грудь такой силы заставил любого другого — кроме разве что Шу — рухнуть на пол. Однако Кума лишь отшатнулся на несколько шагов назад; впрочем, Кенджи все же освободил руку, чем и выиграл себе победу. Удар сбоку, прямой, локоть, нижний в челюсть — и Кума рухнул на пол под улюлюканье пирующих. И все же он оказался много крепче, чем предполагал Кенджи, и через несколько мгновений уже пришел в себя даже без сторонней помощи.

— Хорошая драка! — произнес Кума, принимая его руку и поднимаясь на ноги.

— Кенджи из Дома Змея, — ответил Кенджи. — Мой учитель — Рю из… — решив, что рассказывать про знакомство с синоби направо и налево явно не лучшая идея, Кенджи откашлялся: — Он предпочитает умалчивать о своем прошлом.

— Что ж, надеюсь, когда-нибудь я смогу познакомиться с ним лично, — улыбнулся Кума и наградил Кенджи дружеским хлопком; тот же почувствовал, как плечо его медленно начало неметь.

Кенджи оказал. А потом еще раз и еще. Хоть он и не собирался налегать на выпивку, но после произошедшего чуть ли не каждый присутствующий — включая самого Окамото и его многочисленной родни — считал своим долгом предложить ему пропустить бокал, заодно расспрашивая о последних новостях с юга. Белый Лис и Ясу тоже получили свою порцию внимания. И если первому то явно льстило — во всяком случае, недовольным он не выглядел и охотно рассказывал каждому желающему, какую пивнушку следует непременно посетить, оказавшись в Каноку, а какую следует обходить стороной — то вот последний выглядел так, словно куснул лимон.

После полуночи, когда Кенджи уже почувствовал, что в глаза ему будто засыпали песка, а ноги набили ватой, он решил отправиться на боковую. Кое-как распрощавшись с гостями, которые, впрочем, не слишком расстроились его уходу, тут же облепив Белого Лиса, что как раз заключал пари с каким-то толстяком о том, кто сумеет быстрее опорожнить цельный кувшин пива, Кенджи добрался до своей спальни, скинул сапоги, рухнул на кровать прямо в одежде и мгновенно уснул.

Проснулся он ранним утром. Солнце только-только начало выползать из-за горизонта, стуча в ставни первыми лучами, а легкий морозный воздух, ворвавшийся в комнату, когда Кенджи открыл окно, заставил кожу покрыться мурашками.