Страж Кодекса. Книга IX

Первый раз, когда они решили напасть на Охотника, а второй, когда позволили участвовать в этом балагане особе царских кровей.

— Я лучше умру, чем позволю чужаку, тем более мужлану, командовать мной!

А голос, какой голос! Полный раздражения и негодования! Ну, конечно, её народ славиться своим матриархатом, где у мужчин прав чуть больше, чем у раба.

— Тогда мне проще прикончить сначала тебя, а затем и всех остальных.

Что-то она уловила в тоне моего голоса, заткнувшись и смиренно ожидая своей участи. Строптивая особа попалась, ничего не скажешь.

А ещё упрямая, но это её проблемы, а не мои.

Кинжал порезал ткань воротника плаща, а затем и кожу. Первые капли красной крови упали на землю, со стороны прятавшихся в Тенях потянуло эмоциями злобы и гнева. Будь их воля и меня бы уже нашпиговали стрелами, но действовать они не могут, пока жива принцесса.

— Остановись! — раздался на всей поляне полный власти женский голос.

Девчонка в моём захвате вновь вздрогнула, а я увидел, как со стороны дуба, выйдя из Тени, показалась женщина.

Вместо кожаных доспехов на ней было белоснежное платье, если так можно судить о подобие туники. Фиолетовые волосы спадали водопадом на её плечи и спину, на ногах не было обуви, но эту особу подобное не смущало. Но больше всего внимание в ней притягивала тёмная кожа, длинные заострённые уши, в которых висели серьги с драгоценными камнями, а также красные глаза. Чужеродные, не похожие на человеческие, но в них был разум.

Тёмная Эльфийка во всей красе. И судя по кулону, матриарх этого сброда, решившего поприветствовать меня стрелами, а хлебом и вином.

Лицо женщины не выражало никаких эмоций, слишком хорошо она его держала, но душа... В ней была настоящая буря. Причём без ненависти или злобы, а переживаний и отчаяния за свою дочь, оказавшуюся в такой ситуации.

Подойдя к нам, она остановилась в нескольких метрах и смотрела только на девчонку, но вот прошло несколько секунд и её взгляд переместился на меня. Пронзительный, полный мудрости и власти, призванной повелевать всеми остальными.

— Отпусти её, чужак, и мы позволим тебе уйти, — спокойно, но с приказными нотками, произнесла она.

Я улыбнулся, покачав головой.

— Она напала на меня и я вправе забрать её жизнь, матриарх. Луна и Звёзды мне свидетели.

Тут ей крыть было нечем, вон как губы поджала. Значит, это племя Тёмных Эльфов чтит догмы своего народа, что уже хорошо. Будь они дикими, то не поняли бы сказанное про Луну и Звёзды, которым поклонялись, как богам.