Наследник рода Шевалье

Длинные волосы лунным светом переливались в едва уловимых утренних лучах солнца, тонкие кисти сжимали клетчатый плед, а голова забавно качалась, словно она уже давно задремала, так и не дождавшись моего пробуждения.

Вся комната, казалось, меркла в сравнении со светом, излучаемым незнакомкой. Я точно уверен, что этот бренный мир не мог породить такую красавицу. Дабы проверить подозрения, я ущипнул себя, но ответом мне был лишь короткий укол боли, известивший о реальности происходящего.

Тем временем глаза девушки отворились, словно реагируя на резкие движения, и меня окатило синевой чистых горных рек, обрамленных ледяным холодом густых светлых ресниц.

— Тц, в этом взгляде ведь можно и утонуть, — подметил я, разминая затекшую от долгого отдыха шею.

В ответ на мой комментарий красавица поджала тонкие губы, а ее щеки окрасил легкий румянец. Девушка грациозно поднялась, оставив плед на стуле, и, кивнув самой себе, словно подтверждая невысказанные догадки, направилась к выходу.

Дверь тихонько скрипнула. Только сейчас я заметил, что мы были не одни. За креслом, находившимся поодаль от кровати, стоял юноша чем-то отдаленно напоминающий светловолосую даму. Вот только выглядел он как-то совсем уж щупло: слегка удлиненные светлые волосы спадали на лицо, руки отчего-то сжаты в кулаки, а одежда скорее подходит для деловой встречи, чем для дома. Серый пиджак, рубашка, синие слаксы и туфли.

— Разуваться в доме не учили? — поинтересовался я, рывком поднимаясь с кровати. — Или тут положено в обуви?

Юноша оказался примерно моего роста. Взгляд его голубых глаз сверлил меня с заметным раздражением. Ноздри расширились, словно он старался сдержать себя изо всех сил.

— Бешенство заразно, — меланхолично подметил я, разминая руки.

— Ты! Да как ты… — начал задыхаться паренек, пытаясь выдавить из себя что-то на человеческом, но из его уст вырывались лишь павлиньи звуки, — Как ты посмел так обращаться к сестре?!

Стоп.

— То есть, — уточнил я аккуратно, не сводя взгляда с молодого франта, — тебя не смущает, что ты в моей комнате. На замечания ты отвечать тоже не намерен. А заботишься лишь об обращении к сестренке.