Наследник рода Шевалье

Однако в последний момент рука аристократа дернулась от напряжения в сторону, отчего выстрел ушел в молоко. Прилично так. Времени на реакцию не было. Попади он в цель, и здесь бы мне и выкопали могилку.

Пусть в этом мире ограниченному кругу была доступна магия, зато остальным был доступен папа-кольт. Ну или его предшественники. Рукоять пистолета, будто прочитав мои мысли, жадно блеснула золотом, желая крови. Но у меня был другой план.

— Хм, — раздалось задумчивая ухмылка еще мгновение назад отсчитывающего неизбежность голоса.

Оппонент равнодушно опустил дымящееся оружие. Выражение его лица снова стало безразличным. Как будто и не было промаха, решившего его судьбу. Впрочем, ею сегодня распоряжался я.

Я начал медленно, с вытянутой вперед рукой, приближаться к аристократу. Береженого кот бережет.

— Стреляй уже, — как-то разочарованно произнес Болотов.

— Рот закрой, — глухо услышал собственный голос я, продолжая идти.

Я остановился в двух шагах от противника. Пистолет все еще неминуемо смотрел прямо в его лоб.

— Зачем? — спросил я, слегка наклонив голову.

Аристократ лишь молча перекрестился. Кажется, он уже принял свою участь.

— Зачем? — повторил свой вопрос я.

— Тебе не пофиг? — ответил вопросом молодой дворянин, встретившись со мной глазами.

Что ж, он сам выбрал свой путь.

— Без выстрела дуэль не может быть закончена, верно? — поинтересовался у секундантов я.

— Верно, — коротко ответил Николай. — Если не можешь убить его, то выстрели в сторону. Хватить тянуть кота за причинное место.

Следующую часть фразы я пропустил мимо ушей. Вместо этого я развернул пистолет рукояткой вперед, ухватившись за ствол, и сделал короткий рывок вперед.

На лице аристократа впервые за ночь отобразилось удивление. Впрочем, оно тут же сменилось на боль. Не каждый день прилетает колено в пах.

— Аргх! — вскрикнул противник, согнувшись и рухнув на колени.

Впрочем, этого явно было недостаточно для неразговорчивого аристократа. Поэтому я схватил его за шкирку левой рукой и начал наносить удары рукоятью пистолета.

Ночной воздух нарушил мерный глухой звук, который, впрочем, скоро сменился на чавкающий. Золото окрасилось багровым, как и лицо противника.

— Зачем? — в третий раз спросил я, когда аристократ перестал дергаться.

Дворянин поднял на меня окровавленное лицо. Тонкие струйки бежали по лицу к шее и серому костюму. Карие глаза все так же равнодушно смотрели на меня. И мне отчего-то совсем не нравился этот взгляд.