Наследник рода Шевалье

— Ее приглашение недействительно в дворце цесарев…

— София! — надел свою лучшую беззаботную улыбку я. — Долго ждала? Прости, я немного опоздал.

А вот мое появление уж совсем застало полноватого камердинера врасплох. Как и прочую публику. Даже у отца во взгляде мелькнуло удивление.

Главу семейства Шевалье я вполне мог понять. Он-то думал, что я буду один. Честно признаюсь, даже отчаянной хозяйка севера выглядела сногсшибательно. Тонкие руки и плечи, сияние серых глаз с застывшими слезами, изящная прическа, длинные белые реснички.

— О, простите, где мои манеры? — изобразил короткую заминку я, галантно поклонившись. — Ваше сиятельство, не составите мне сегодня компанию?

— Да, — отрывисто прошептала девушка, крепко ухватившись за мой локоть.

— Да кто ты, черт возьми, та… — взбаламутился толстячок, но закончить пререкания не смог.

— Она? — строго спросил Кристоф, сверля меня взглядом.

София от его вопроса снова опустила взгляд в пол.

— Она, — твердо ответил я.

Глаза отца сузились в недоверии.

— С тобой? — сохранял бездушный тон патриарх.

— Со мной, — подтвердил я, — Ты же сказал, что мне нужно найти пару.

— Хм, — хмыкнул Кристоф, задумавшись. — Я должен уйти.

— Угу. Долг зовет, — беззаботно проговорил я, а затем все-таки решил, что терять мне сегодня уже и так нечего, — Жаль, конечно, что не познакомлюсь с ТВОЕЙ партнершей.

Отец рефлекторно потянулся к чему-то на поясе. Однако, к моему счастью, ни ножен, ни кобуры там не было.

— Веселитесь, — сквозь зубы процедил он.

А затем тяжелым шагом покинул зал.

София облегченно выдохнула. Кажется, что только сейчас она смогла немного успокоиться.

— Запыхалась, пока бежала? — поинтересовался я, прикоснувшись тыльной стороной ладони к румяной щеке девушки.

— Угу, — ответила дворянка, сильнее прижавшись ко мне.

— Шевалье, — обратился к ничего не понимающему толстяку я.

— А? — раскрыл рот тот, обтирая пот платком.

— Рами́ Шевалье, — повторил я, — наследник рода Шевалье. Пусть так и объявят.

— Д-да, — торопливо закивал головой быстро сообразивший, что к чему, мужик, — следуйте за мной.

Долго идти не пришлось. Коридор вел к широким узорным золотым вратам. Толстячок уже что-то нашептывал охране и слугам.

Везде одно золото. Сколько же бабла было вбухано в эти залы, а получилась все равно вычурная безвкусица.

— Тц, — недовольно цокнул я, — мне больше по душе серебро.

Впрочем, ворота уже заскрипели, ослепляя нас ярким светом.