Наследник рода Шевалье

Но ведь если кто-то приметит пологи над шахтой, то и сам комплекс окажется в опасности. Но это не моего ума дела.

Внутри воздух был сырым и затхлым. Настолько неприятным, что даже гниль от нездорового юнца затерялась где-то на периферии сознания.

Цепь лабиринтов, связанных между собой перемычками, была едва освещена. Наши фигуры отбрасывали длинные мерцающие тени на стены. Каждый шаг отдавался далеко летящим эхом.

Наконец, мы достигли массивных серебристых врат, украшенных неизвестными мне символами. Они причудливо выделялись на фоне окружающей старины и разрухи.

— Сим салабим, — произнес причудливое заклинание проводник, сделав несколько диковинных пассов руками. — Ахалай-махалай.

Я скептически взглянул на мага. Так и я смог бы колдовать.

К моему искреннему удивлению, створки распахнулись.

Вот здесь я уже почувствовал некоторое уважение.

Во-первых, внутри вовсю суетились маги в багряных и серых робах. Не знаю, чем они были заняты, но сновали по различным палатам и залам бодро.

Во-вторых, стены своеобразной прихожей были украшены неизвестными мне знаменами с гербами. Была здесь витиеватая серая змея на зеленой ткани, черное кровоточащее сердце на красном фоне, белая рука на черном полотне и многие другие узоры.

Жаль, что гнилой пасти на какой-нибудь тряпке я не заметил.

Пол был холодным с переливающимися черными пятнами. Ультрафиолет я бы здесь не включал.

Меня с радостью водили по длинным коридорам, стремящимся вглубь комплекса.

Иногда мы заходили в просторные и не очень залы, где мне не попалось ничего особо ужасного.

Мне предлагали разные гостинцы, включая чай, теплые носки и руку старшей дочери. Буквально. В банке.

Я от таких гостинцев решительно отказывался.

Чем глубже мы погружались, тем громче становился неведомый шепот, исходящий отовсюду: стен, потолка, пола. Он был хаотично мелодичным и безумно ритмичным.

Что-то внутри меня резонировало с пением этого злосчастного места.

Мы остановились за очередной перемычкой.

— Предпоследний этаж, — спокойно произнес гнилозуб.

Я не мог представить, сколько часов провел внутри. Казалось, что время здесь переставало существовать в принципе.

Передо мной предстал широкий туннель с множеством дверей по обе стороны. В конце же виднелась витиеватая лестница вниз.

— Дальше я сам, — остановил я своего друга движением руки.