Май, весна и апокалипсис. Книга третья.

И сделать это должны лучшие местные девушки в специальном храме любви, а простыми словами – в борделе, который он обустроил для своих приспешников в бывшем Доме Культуры.

Сначала новый хозяин поселка предложил юным представительницам прекрасного пола заняться этим «нужным и почетным делом» на добровольных началах, а когда оказалось, что желающих стать жрицами любви набралось всего несколько девиц, к тому же далеко не самой лучшей внешности, то Голубев объявил принудительную мобилизацию и служители силой забрали в бордель несколько десятков девушек, в том числе и Машу Погодину.

Родственники и друзья пробовали было возмущаться, но были сильно избиты, а Данила Агафонова, у которого служители забрали жену, Глава сам прилюдно казнил – махнул рукой, и рослый мужчина буквально превратился в мокрое место, широко разлетевшись кровавыми ошмётками во все стороны. После этой ужасающей демонстрации силы все недовольные сидели по домам и не высовывались.

Про жертвоприношения Наталье Андреевне ничего не было известно, но несколько десятков человек в поселке исчезло. И пропали в основном те, кто активно выражал недовольство новой властью.

Я ещё немного поспрашивал её, но более ничего интересного для меня женщина не знала. Глянув на часы, я увидел, что до окончания действия карт скрытности и ночного видения осталось менее получаса и поспешил распрощаться с собеседницей.

- Ты её спасешь? – с надеждой в голосе спросила Наталья Андреевна, когда я подошел к выходной двери.

- Обязательно! – кивнул я, стараясь демонстрировать уверенность, – Но не сейчас. Для решения проблемы надо хорошо подготовиться. Только Вы никому не должны говорить о нашем разговоре!

Выйдя из квартиры, я подумал о том, что было бы неплохо подождать в подъезде минут пятнадцать, чтобы убедиться в том, что моя недавняя собеседница не побежит стучать в местную администрацию.

***

- Вот он! Взять живым! – раздался хищный возглас, когда я вышел на открытое пространство за первой линией домов. А ведь мне казалось, что тут никого нет!

- Где? – спросил второй, более молодой голос, и я, повернувшись на звук, увидел четверку культистов, выбегающих из-за угла соседнего дома.