Элдарион. Тень Осквернённых

Так почему ты скрывал его? Многие стримеры зарабатывают миллионы на своей внешности, ты же мог бы легко стать популярнее.

Я отвёл взгляд, разглядывая землю у своих ног. Вопрос был простым, но затронул что-то глубоко внутри. Чего я пытался избежать, прячась за экраном?

– Наверное, потому что... – начал я, делая паузу, чтобы подобрать слова. – Когда ты показываешь своё лицо, ты становишься уязвимым. Люди видят не только твою игру, они видят тебя. И если ты проигрываешь, это уже не просто ошибка в игре. Это ошибка тебя как человека.

Она снова немного приблизилась, и я почувствовал тепло её тела рядом. В её глазах светился мягкий свет, отражаемый огнём, и она продолжала смотреть на меня с таким вниманием, что сердце забилось ещё быстрее.

– Знаешь, – сказала она, её голос был почти шёпотом, – иногда уязвимость — это то, что делает нас настоящими.

Я встретил её взгляд, в котором не было осуждения, только искреннее понимание.

– А я вот и представить не мог, что сильный воин одиночка, окажется настолько красивой девушкой. – признался я, стараясь не смущаться.Её лицо немного покраснело, она склонилось немного вперёд, и я увидел, как её губы чуть приоткрываются в едва заметной улыбке.

Наше будоражащее уединение нарушилось землетрясением, от которого начал тухнуть костёр и рушиться ветхие палатки.

– Он идёт! – выкрикнул один из странников, выбегая из кустов.

Мы оба замерли, а сердце забилось в такт тремору, потрясавшему лагерь. Я резко встал, готовясь к бою, и Далофоноса последовала за мной, её глаза вновь наполнились решимостью. Вскоре все странники начали готовиться к встрече с элитным монстром, и тревога заполнила лагерь.

В темноте, прорезаемой лишь тусклым светом луны и слабым отблеском костра, мы увидели, как в руины деревни медленно проникала неведомая тень.

Глава 4. Лидирующие позиции.

Массивный гнол, ростом едва не достававший до верхушек деревьев, медленно приближался к лагерю, его рваная броня хрустела под собственным весом, а звериное рычание разносилось по окрестностям, заставляя нас всех замереть на мгновение. Его глаза, светящиеся в темноте, были полны дикого голода и ненависти.