Власть - это не мое.

Ха, не думал, что с первой попытки попаду прямо в триггерную точку этого некра.

— Вы, жалкие, презренные аристократические мрази, всегда стояли в первых рядах, как паразиты на теле нашего общества! Вся власть, все богатства и привилегии доставались таким, как ты, Александр, безо всяких на то оснований, просто по праву рождения. Я до чертиков устал наблюдать, как мой отец, честный и трудолюбивый некромант, пытался пробиться в органы власти, а твой проклятый род безжалостно его задушил, разорил и выбросил на обочину жизни! Это все ваша вина, ваша черная, поганая вина! — Он выкрикивал эти слова, его голос дрожал от истерики и ненависти, глаза сверкали яростью, а лицо исказилось в гневной гримасе.

Было отчётливо видно, как он злится. Да его корёжит о ярости и ненависти! Человек в гневе способен ошибаться, действуя на эмоциях. А когда кто-то ошибается, то что? Верно! То допускает ошибки! Как говорится: “Одна ошибка и ты ошибся!” Задача выполнена, я вывел Ростислава на эмоции.

— Хватит болтовни, — выпрямился я, прокручивая плечами.

— И правда, что это я, — он махнул рукой, и из его ладони внезапно вылез костяной меч, блестящий мертвенным светом. Его движения были резкими, почти неуправляемыми, как у человека, который больше не в силах сдерживать свою ярость.

— Идиот, — оскалился я и одним движением сломал его клинок, а второй схватил его за шею.

— Не…воз..можно… — прохрипел он, пытаясь вырваться.

— Тебе конец, жалкий мертвяк! — сказал я, собирая свою магическую энергию. У меня был заготовленный козырь.

Затем я сосредоточился, и на моих ладонях начали формироваться не просто шаровые молнии, а целые цепи электрических разрядов. Я знал, что это потребует много сил, но другого выхода не было.

Ростислав попытался увернуться, но на этот раз мои атаки были слишком плотными и быстрыми. Один из разрядов все-таки достиг его, и он вздрогнул, потеряв равновесие.

— Ну как? Ощутил вкус силы тока? — издевательски спросил я, наблюдая, как его мышцы судорожно сокращаются.

— Ха-ха-ха, ты все такой же глупец. Даже если ты меня убьешь, ты ничего не изменишь, слишком поздно. — радовался Ростислав.

— А кто сказал, что ты умрешь? Я приготовил для тебя кое-что получше.

— Что ты задумал? — напрягался Ростислав.