Стать Некромантом

— Почему их было множество?

— Потому что Чаша показала всех возможных претендентов, что могу исполнить пророчество. Но один из них заинтересовал меня больше остальных.

— Брат… но уверен ли ты…

— Уверен, Саваэль, уверен. Узрите же то, что видел я! – Эллариэль взмахнул рукой над Чашей, и Боги увидели… Увидели, и потеряли дар речи.

— Видите, братья и сёстры? Он учится быстро. Слишком быстро даже для человека. Но не это пугает. Присмотритесь к нему и постарайтесь ощутить всю ту исполинскую Силу, что вложена в него.

Нависло долгое молчание. Тишина давила и оглушала, и сравнима была она с той, что существовала в самом начале, когда во Вселенной царила лишь абсолютная Тьма.

— Пугающие вести принёс ты, высокоуважаемый старший брат, – нарушила тишину Вирейэль. – Нет более места сомнениям! Он и есть тот человек из пророчества. Это столь же ясно, как и то, что Творец сотворил всё сущее во Вселенной. Меня теперь терзает иное: что нам делать?

— Сестра, он один из многих.

Я лишь сказал, что именно этот человек показался мне наиболее могущественным, нежели остальные. К тому же он пока ещё не до конца осознал себя, но он на пути к этому. Когда же это свершится, то мне неведомо, чем подобное обернётся не только для нас, но и для всех. Вмешаться напрямую мы не имеем права, ибо Творец строго-настрого это запретил.

— Позволю напомнить, о мудрый старший брат, что не можем вмешиваться лично до тех пор, пока нам не бросят вызов в открытую.

— Истину глаголешь, сестра Мейре.

Что же предлагаешь? Спровоцировать его обнажить свой меч против нас, дабы он прокричал во всеуслышание, что бросает нам вызов?

— Можно и так поступить, великий брат, но я предлагаю иное: не стоит дожидаться момента, когда он станет столь могущественен, что осмелится тягаться с нами Силой. Я предлагаю избавиться от него с помощью иных рас. Мы не имеем права вмешиваться напрямую в жизнь смертных, но мы можем их использовать. Можно завести его в пещеры люкров, либо наслать на него орды нечисти.

— Или же, – злобно улыбнулся Маэль, – можно превратить его во всеобщего врага, – все Боги с непониманием посмотрели на него, и тот принялся объяснять:

— Мы решили, что ниспошлём испытание мирам Вселенной и нашлём на них орды нечисти. Так почему бы нам не сделать так, дабы все подумали, будто это его вина? Пусть думают, что это он повинен в том, что ожили мертвецы и что нечисть явилась в их мир из-за него.