Прибежище богов

Магические способности и так дело необычайное, но тут речь идет о такой их редкой форме, что я даже затрудняюсь назвать область их возможного приложения.

- А может, она тоже маг разума? – спросила я, - ведь может же чисто интуитивно отличать ложные утверждения от истинных и наоборот.

- Да нет, - отмахнулся Димка, - не то... Маг разума она слабенький, и ее очень легко обмануть, соврав не напрямую, а через кого-то, кто сам был обманут. Эту способность я прекрасно вижу, и она прикреплена совсем не в том месте, где сидит основной талант, который меня и беспокоит.

К ней тоже надо подобрать ключ, и как можно скорее.

- Спасибо, Дима, что предупредил, - поблагодарила я мальчика и тут же спросила, - а без ключа ты не сможешь установить, какой у нее основной талант, или хотя бы к какой области магии он относится?

- Нет, Анна Сергеевна. Был бы я настоящим дипломированным магом с опытом и квалификацией, то тогда да, а поскольку я всего лишь мальчик, нахватавшийся верхушек из самоучителя, то я ничего не могу с этим сделать.

- Понятно, - ответила я, и, предупредив Димку, чтобы он стоял на этом месте и никуда не уходил, пошла искать капитана Серегина, чтобы сообщить ему «радостную» новость о наличии в нашем отряде еще одного не инициированного, но очень мощного мага, который, если что пойдет не так, разнесет в мелкие дребезги всех нас и еще пару-тройку сотен квадратных километров местной поверхности… Да нет, шутка. Конечно, я не сделаю этого - не собираюсь я создавать панику, выставляя себя истеричной дурой.

Но что-то мне подсказывает, что необходимо предпринять некоторые действия, чтобы избежать нежелательных последствий…

У капитана Серегина были свои проблемы. Он никак не мог оторвать от себя вцепившуюся как клещ Асю, которая встречала своего героя так, как будто он только что спускался в логово дракона и живым и невредимым вернулся оттуда обратно.

Помимо выражения чувства радости от благополучного возвращения любимого героя, Ася успела устроить ему выяснение отношений по поводу нарисовавшейся в нашей компании мадмуазель Волконской.

Она хмуро поглядывала на эту самую мадемуазель, спрашивая у Серегина, кто это, мол, такая. Он терпеливо все ей объяснял - вроде бы спокойно и без напряга, но я-то чувствовала, как ему неловко. Уж да, Елизавета - это вам не древнеримская деревенщина Туллия. Это светская львица с хорошо развитым чувством собственной важности и умением нравиться мужчинам.