Смерть – лучший шанс

Пару раз он опускал челюсть, очевидно, решая, что ответить, а потом просто указал взглядом на «благоухающих» перегаром пижонов, явно не будучи способным повлиять на ситуацию.

— А ты куда лезешь, чернь сраная, — видимо, моя простецкая одежда ввела мальца в заблуждение.

Этот тучный, круглолицый парень протянул свои пальцы-сосиски к моему вороту. Однако ухватил он лишь воздух. Слегка повернув корпус, я перехватил руку толстяка и заломил ее за спину, слегка подбив коленом по опорной ноге. Эффект получился что надо — парень впечатался лицом в стойку, расквасив нос, и завизжал от боли, словно бешеный поросенок.

Раздражённо поморщился — терпеть не могу, когда животных мучают... Спасая окружающих от этих неприятных звуков, схватил пацана за шкирку, впечатал ему коленом под дых. Тот «булькнул» и, задохнувшись, сползал под стойку.

— Не трать мое время, Барренс, живо на кухню, — прорычал в сторону все еще изумленного администратора.

Тут до него наконец-то дошло, что я его жопу выгораживаю, с благодарностью во взгляде отчеканив: «Да, лэр», он поспешил убраться подальше.

А я повернулся к замершим в нерешительности парням. Точки над «i» были расставлены. Теперь они знали, что столкнулись с аристократом. Жестким и уверенным в себе. Впрочем, ума держать свои мысли по поводу произошедшего при себе хватило только у одного.

— Ты за это ответишь! — проблеял придурок с крысиными чертами лица, держа руку на эфесе своей шпаги, не решаясь, правда, ее обнажить.

Тут правда сработал не разум, а инстинкт самосохранения.

Попробуй он обнажить оружие, я бы имел законное право прикончить урода. Понимал это и его смазливый приятель, бывший, очевидно, заводилой в их компании и одновременно голосом разума. Этот положил руку поверх подрагивающей на эфесе руки приятеля и молча буравил меня.

— Я так понимаю, что ты желаешь сатисфакции прям сейчас? — гаденько улыбнулся я.

Тут даже у этой отрыжки аристократа в голове прозвенел «звоночек». Стоит ему ляпнуть что-нибудь, не подумавши, и дуэли не избежать.

Разве что сбежать... Гонятся за ним я не собирался.

— С кем имею честь... — начал было раздраженно выговаривать красавчик, но я не собирался с ними играть в благородных господ.

— Честь в загаженном грязью и дерьмом камзоле не имеют, — бросил я ему, вернувшись к первому. — А ты, крысеныш, запомни. Еще раз посмеешь обратиться ко мне в таком тоне, я вырву твой длинный, паскудный язык. Всё ясно?

Повисла тяжелая тишина. Крысамордый собрался было открыть рот.