Кинопольский волк

Прославленный биолог Докинз уже признал эту теорию заслуживающей внимания, хотя и отметил, что всемирный потоп произошёл не по слову Божьему, а из-за пока неустановленных природных причин.

Как ни странно, почти все остальные докладчики — это бывшие одноклассники. Поэтому обсуждение идёт бойко и Волченя чувствует себя страшно гордым. Ведь он разбирается в проблеме лучше всех!

— Докинз — это голова, — сообщает Змейковская, с которой Лакс имел несчастье сидеть два года за одной партой, — Если бы не Докинз, я бы никогда не узнала, что президента «Католиков за христианскую политику» зовут Гэри Поттер!

— А всё-таки, с муравьями проблема, — вторят ей из глубины автобуса, — Они рано или поздно начнут оживать.

Что показывает информация в янтаре, Лакс уже не узнает. Они прибыли. Здание с полукруглыми окнами похоже на склеп. Регистрация — и можно гулять по городу.

Лакс блуждает по длинным улицам, размышляя о разнообразии городских ландшафтов. Сворачивает в переулок и у него захватывает дух.

Похоже, он незаметно для себя поднялся на замковую гору. Прямо под ногами — высоченный обрыв, а внизу расстилается город, очерченный на горизонте гладью моря, сверкающей, словно фольга. Аккуратные, словно циркулем проведённые улочки тянутся прямо у него под ногами, и при этом так далеко, что кружится голова.

Солнце садится, заслонённое шпилем городской ратуши. Тени удлиняются, сперва лижут ему ноги, а потом проглатывают целиком.

— Волченя, ты?

Змейковская у него за спиной. Она запыхавшаяся, мокрые волосы прилипли к лицу.

— Да, я.

— Отойди, отойди от края! Спиной к стене! Да, теперь хорошо.

— Ты чего? Что случилось?

— Лакс, ты живой? Ты точно живой?

— Живой я, живой.

(Интересно, а, к примеру, зомби тоже считают себя живыми?)

— Лакс, они убивают!

— Рита, замолчи, выдохни, скажи внятно. Кого убивают? Кто убивает?

— Они всех убивают, — Змейковская его даже не слушает, — всех, кто приехал. Старшую уже убили, Шушуку, всех. Автобус перевернули, горит. Всех убивают!

И действительно, за домами поднимается в небо столб чёрного дыма.