Гладкий Флэт: Исповедь разрушителя

За первый день они смогли проехать менее сотни километров, рискуя утопить машину в еще не до конца оправившихся от бури речках.

Но на следующий день дело пошло на лад, и ночевали они уже на границе с родной пустыней, где растительность сходила на нет, а земля становилась твердой и сухой, лишь изредка покрытой небольшим слоем желтого горячего песка.

Отправившись рано утром, спустя два с половиной часа они подъехали к Норам – своему дому. Огромный подземный бункер встретил их бетонной плитой гермозатвора, прикрывающего въезд в ангар.

Дом, родимый дом, подумал Флэт. Сколько времени они живут здесь с Ниэль? Сам он уже не помнил. Время ускользало от ощущения и понимания. Первые годы он пытался вести дневник. Потом понял, что это не имеет смысла. В Изнанке не существовало даже фиксированного времени в сутках. А само время постоянно куда-то исчезало, плыло. Его дневник, который он вел со всей присущей ему скрупулезностью, по истечении года при повторном прочтении напоминал бессвязный бред сумасшедшего.

В свою очередь, компьютеры исправно писали архив метеостанции, большой и мощной, полностью автономной, как и положено столь серьезному убежищу. Бесстрастнее этих компьютеров существовать не могло. Флэт лично проверил протокол работы, а Ниэль все датчики. Записи компьютера недельной давности при их изучении представлялись бредом еще большим, чем его дневник.

Флэт долго думал об этом, и пришел к выводу, что компьютеры тоже сходят с ума. Особенно когда для них не существует времени.

Им с Ниэль, как живым существам, мерилом служили восход и закат солнца. Компьютеру же требовалась ясно выраженная, означающая всегда одно и то же, секунда, абсолютная и вечная. В его часе могло быть не более и не менее шестидесяти секунд. А в сутках постоянное количество часов. А само время, будучи дополнительным измерением в этой вселенной, никуда не должно исчезать.

Ни одно их перечисленных условий не соблюдалось. А потому компьютеры сходили с ума.

Он поднял рубильник управления гермозатвором, и пока тот поднимался, чтобы впустить грузовик, Флэт окинул взглядом ангар, испещренный следами от пуль, осколков и кумулятивных струй. Пол все еще хранил следы от взрывов гранат и копоть пожаров от сожжённой техники, хотя Ниэль и подремонтировала его, как могла.

После перехода в Изнанку из всей штурмовой бригады в пятьдесят два тери выжили только Флэт и Ниэль. Остальные погибли по неизвестным причинам.