Среди теней Инферы

Сколько таких отпечатков Лайт оставила за день, она не смогла бы сосчитать, и внутренне завидовала Павшим Ангелам и смертным, ведь организмы тех не растрачивали волшбу понапрасну, — та формировалась и изливалась сугубо по их желанию, а до того никак не проявлялась и присутствия своих владельцев не выдавала, а ещё она не была безымянной, хотя у Павших Ангелов и была чуть искажена из-за «Ритуала Воскрешения».

Дейлина скользнула взглядом по зачарованным браслетам, что не позволяли ей использовать магию, и не понимала, почему её «кандалы» не блокируют выделения скверны из организма, ведь та тоже была воплощением волшбы.

Лайт почти привыкла к постоянному окружению колдовской «грязи», но та постоянно пятнала её дочь, а к этому женщина не могла привыкнуть. Слабым утешением было то, что зачарованную «гадость» подцепить можно было только при соприкосновении с синером, но при взаимодействии с предметами, подпорченными скверной, испачкаться было невозможно.

Дверь резко открылась, и у порога приёмной секретаря Дейлину встретила высокая антропоморфная, одетая в изумрудное сари, дымчатая кошка с глазами, что два затянутых льдом озёра, обрамлённых инеем белых ресниц.

— Эклипса! — сочные винного оттенка губы Дейлины растянулись в искренней улыбке, а в грозовых глазах загорелись озорные огоньки.

— Дейлина! — чуть поведя розовым носом и дёрнув белыми усами, мурлыкнула кошка и раскинула лапы для объятий, чуть отступив назад и давая Лайт возможность переступить порог.

Та шагнула вперёд и запустила руки в лоснящийся шёлковый мех давней подруги, с которой не виделась уже очень давно.

— Давно не виделись, Эклипса! — прошептала Лайт, ощутив на обнаженных лопатках мягкие подушечки деформированных лап, что отдалённо напоминали человеческие руки.

— Сменила стиль, Дейлина! — разомкнув объятья и отступив, констатировала Эклипса. — И гриву отрастила ещё сильнее!

В их последнюю встречу Дейлина выглядела иначе, и вместо летнего хлопкового платья женщину с ног до головы облачала латная белая броня, и волосы цвета расплавленного золота были намного короче, нежели сейчас.

— Зато ты совсем не изменилась, дочь Клана Лугна! — улыбка Лайт стала ещё теплее, а в уголках глаз против воли собралась влага.

— Только не вздумай лить предо мной слёзы, подруга! — в шутливой манере изрекла Эклипса Лугна, мягко обхватив лицо Дейлины «руками» и легонько погладив щёки женщины подушечками больших «пальцев».