Наномашины, зверёныш! Том 5

Мало кто знает, но именно у Справедливости и Усердия больше всего воинственных душ, и зачастую их воинов ты и призываешь. По этой же причине две добродетели в целом очень дружны.

На самом деле Небеса – такое же общество, как у демонов и людей. Со своими правилами и законами, со своей иерархией и обязанностями. И жители Справедливости должны быть стойки, терпеливы и усердны!

И сейчас Юстиция смотрела на одну душу.

— Ох с*ка… ох бл*дство…, - мужчина, гордо зовущий себя Жабичем, бегал по площадке и матерился во все стороны, - Я не могу… верните… к Доброте…

— А ну не останавливаться! Сама Юстиция поручилась за тебя, и если хочешь здесь остаться – ты должен быть воином Справедливости! А ну закалять характер!

— Убейте… меня…, - он уже едва не полз, настолько его душевная энергия источилась.

Жабичу, естественно, на Небесах нравилось больше, чем в Бездне. Здесь бесконечная еда, всегда классная погода и хорошие души, с которыми приятно говорить! И, если честно, первое время у Жабича даже глаза на мокром месте были – он буквально не мог сдержать слёз от разговора с обычными, добрыми существами, которые не желают тебе вечного зла.

Он сильно соскучился по всему этому.

А ещё он, как недавний демон, ценил огромное количество красивых женщин! Что в Бездне, что на Небесах – облик отражает душу, а душа меняется. Светлые души – всегда красивы! А они тут везде.

Только вот вся эта лафа была у всё той же Доброты, куда Жабич изначально и попал.

Зато вот после суда над Михаэлем, бывшего демона депортировали к Юстиции, и здесь уже…

— Либо сдаёшь спасителя, либо беги! – орал на него трёхметровый ангел с двумя головами.

— Ыа-а-а, иди в жопу! Не сдам друга! – взревел Жабич и нашёл в себе ещё кроху сил.

Ангел хмыкнул. Нравится ему эта душа! Матерится, выглядит неопрятно, делать ничего не хочет, но потенциал-то виден! Надо бы за него хорошенько взяться.

Юстиция удовлетворительно кивнула и отошла от окна.

Она оглядела огромный зал, похожий на судебный и посмотрела на статую молодой себя, когда она была ещё человеком.

И… Справедливость вздохнула.

Дверь в зал отворяется, а сюда заходит тот ангел, которую спас мальчик.

— Моя госпожа, вы звали? – преклонила она колено.

— Скажи, Аурелия… будь ты на моём месте, что бы сделала с мальчиком?

— Простила, - госпожа, - ответила она без промедления, - Я живу лишь благодаря ему. И тогда… я не хотела умирать.