Просветитель. Во имя чумы

Можно было наконец задуматься о том, что начавшаяся эпидемия, а может быть и вовсе пандемия, сильно порушила имеющиеся у меня планы. Непонятно сколько лет будет убивать население королевства Лагурская Чума, но в любом случае геополитический расклад в государстве и мире слишком сильно измениться. Скорее всего все немногочисленные налаженные связи могут моментально признаться, а значит придётся начинать всё сначала. Неприятный результат, но никто не мог гарантировать мне достижение всех поставленных целей с первого же раза.

- Стой!

Окрик сидящего рядом на козлах Деймона моментально выбил из раздумий. Впереди нашего небольшого отряда стоял человек, поднявший от испуга руки. Несмотря на сегодняшнюю жару, человек был замотан в несколько слоёв серо-чёрной ткани. Уже этот факт в нынешних условиях заставлял напрячься. Потому мой военный советник остановил отряд, подняв арбалет и прицелившись к встреченному незнакомцу в грудь.

- Стой на месте и не шевелись. – дополнительно отдал приказ я, спрыгивая из телеги на землю, - Кто такой и откуда прибыл?!

Человек молчал несколько секунд, после чего мелко затрясся и зашёлся в страшном кашле.

Брехал он долго, рухнув на землю и в кашле его было столь много боли, словно лёгкие собирались покинуть его грудь. Можно было уже сейчас приказать бойцам разворачивать отряд, после чего возвращаться обратно к ближайшему поселению с предупреждением отстреливать каждого, кто приближается к их поселению, но нельзя было спешить. Мне не хотелось губить человеческую жизнь без железобетонных подтверждений болезненности этого незнакомца.

- Покажи лицо! – рявкнул я, положив ладонь на рукоять меча, - Даю тебе десять секунд!

Человек медленно поднялся, теряя с каждым движением всё больше сил и оставив на грунтовой дороге кровавые пятна. Уже сейчас можно было нажимать на рычаг арбалета и отправлять тяжёлый болт в грудь незнакомца, но я выжидал. Это было глупо, опасно, но продолжал стоять на месте, приготовившись в любой момент выхватить меч и срубить ему голову, если он решится хоть дёрнутся в мою сторону.

Наконец незнакомец потянул назад глубоко натянутый капюшон, обнажая лицо во многочисленных пузырьках, наполненных болотного цвета жидкостью, напоминающей застоявшийся грязный гной. На лице его читалась боль, выдерживать которую незнакомец не мог. Он хотел избавления, хотел спасения, но ничем помочь я был не в состоянии. Этот путник был заражён и исправить этого было нельзя.