Сквозь пелену

Шедший впереди, кривоногий и длиннорукий, с ходу вскочил на стол, будто это была всего лишь невысокая ступенька и молча нанес страшный удар мечом сверху, целя Дьедоннэ в голову.

Но мой, облаченный в кольчугу, знакомец оказался парень не промах. Я и глазом моргнуть не успел, как удар был отбит, а нападавший рухнул на стол, словно подрубленный. Точнее, он и был подрублен в прямом смысле слова – меч Дьедоннэ отсек ему правую ногу по колено.

Крик боли хлынул из глотки, кровь – из раны. Вдребезги разлетелся жбан, и красное вино смешалось на столе с кровью…

Дальнейшее помню отрывочно.

Вот я хватаю стул, прикрываюсь им, будто щитом, но боевой топор разносит его на куски. И тут же во вражье горло по рукоять вонзается кинжал, пущенный меткой рукой принцессы Бланки. Противник хрипит и валится на пол, я подхватываю его топор (тяжелый, черт!) и рублю наотмашь, не целясь, лишь бы не дать опомниться ни себе, ни врагу. Сталь звенит о сталь, теперь уже я защищаюсь, отступаю к камину…

Вряд ли бы я уцелел, не окажись Дьедоннэ таким умелым бойцом.

Умелым и безжалостным. Во всяком случае, голову моему противнику он практически снес с плеч одним ударом, нанеся его своим мечом сзади и сверху - в прыжке со стола. Когда и как он успел расправиться еще с одним, я не заметил, но факт оставался фактом – воевать уже было не с кем.

- Все? - осведомился он, оглядывая, залитую кровью, гостиную.

Глотая воздух, я тяжело оперся на топор. Слова не шли наружу.

- Четверо! – фыркнула Бланка. – Дьедоннэ, по-моему, нас ни в грош не ставят.

Вот что значит не напоминать о себе. Забыли, подлое семя, с кем дело имеют.

- Не так уж и мало, Ваше Высочество, - заметил Дьедоннэ, тщательно вытирая меч о штаны ближайшего трупа и пряча клинок в ножны. – Если бы не помощь Сергея… Благодарю, - он протянул мне руку. – Выручили. Очень вовремя. Один я мог и не справиться.

- Н-не за что, - я машинально ответил на рукопожатие и понял, что уже могу говорить. – На самом деле все решил точный бросок принцессы. Иначе меня бы рассекли пополам.

Спасибо, Ваше Высочество, я перед вами в долгу.

- Пустяки! – отмахнулась Бланка. – Мне, конечно, нравится, когда мужчины находятся передо мной в долгу, но не в ущерб справедливости.

Тут до меня как-то сразу, волной, дошло-докатилось, что я только что дрался неизвестно с кем не на жизнь, а на смерть, и драка эта в самом деле закончилась четырьмя смертями. Ясно, что мы защищались, но все-таки… Мама родная, во что же это я вляпался?

Кувшин разбит. Ладно.