Первый среди равных

— Разумеется, ваше сиятельство, — успокаивающе кивнув сестре, добавил я. — Благодарю вас за уделённое время.

Граф, бодрой и целеустремлённой походкой, направился к выходу из приёмной и далее мы пошли по коридорам старинного здания. По пути он рассказал массу интересных фактов об Академии. Казалось, этот человек знает историю каждого украшения и каждой двери в стенах МАМИ. Я иногда посматривал на нашего спутника и отчётливо видел, что граф очень взволнован. И вскоре стало понятно почему.

У громадных дверей в церемониальный зал МАМИ стояла пара охранников.

Крепкие парни в форме сотрудников Академии только мазнули по нам взглядами и тут же отошли в стороны. Я при этом ощутил крохотный всплеск маны. Оба стража явно обладали навыками настоящих воинов. Где-то на уровне Мастеров. Вряд ли охранять двери поставили Ратаев, но в МАМИ и такое возможно.

Зал поражал своими размерами. Здесь обычно проводились самые главные мероприятия Академии, поэтому количество мест было рассчитано на всех студентов и гостей.

Сейчас были заняты всего несколько первых рядов. Однако, можно было с уверенностью говорить, что не так часто в этом месте собиралось столько представителей высших аристократических семей.

Рука Насти, лежавшая на моём запястье, нервно сжалась. Среди гостей она заметила немало людей, которые имели прямое отношение к смерти главы рода Разумовских. Никто из них не скрывался. Одни с интересом смотрели на нас. Другие с пренебрежением и скукой. Даже не зная о настоящей политической ситуации в Империи, я легко определил разные группировки.

Вокруг седого мужчины с гербом князей Пожарских на лацкане пиджака собрались менее знатные аристократы. Пожарские обладали колоссальным влиянием в столице и пользовались благосклонностью Императора Алексея III. В дальнем конце длинного ряда кресел я заметил представителей Антиповых. Не главу рода, а кого-то из наследников. Может из тех, что учились в Академии. Хватало и других представителей дворянства, но самая большая группа сосредоточилась вокруг Пожарских.

Значит, и отношение гостей к моему роду будет соответствующее.

Кривошеев указал мне на распорядителя церемонии, который своим нарядом до боли напомнил мне того человека, который читал приговор на эшафоте Разумовских. Тот же чёрный камзол, та же золотая цепь с символом Империи. Сам граф повел моих сестёр чуть в сторону, где располагались места для преподавателей. Там их уже ждали сотрудники Академии, среди которых я заметил ещё пару охранников.