Мой статус – Бедствие

Его людям заменили разумные расы, которых они использовали как душе заблагорассудится. Но к их жизням относились еще хуже, чем к рабским в нашем мире.

Последней точкой стала огромная витрина. В ней красовалось шикарное белоснежное пальто.

Стоило Некоми увидеть его, как на ее глазах выступили слезы. Она отвернулась и отошла в сторону, а я продолжал смотреть на это пальто, не сводя глаз.

Это было очень странное чувство. Вы когда-нибудь чувствовало родство с пальто? Словно смотрите на близкого человека, которого давно не видели.

В этот момент мне пришло не менее странное осознание.

Эти люди привыкли использовать другие расы как расходный материал. Им плевать было на то, что у них есть разум и чувства. Этих людей не перевоспитать, это заложено в них с рождения.

Возможно, если бы Томас и Элайза узнали, кто мы, то немедля попытались продать нас или убить. Мне даже не хотелось проверять это, потому что в глубине души сидело чувство, убеждающее, что так и будет.

Нет, это не отменяло ни их доброты, ни доброты других людей.

Теперь просьба Бога Изобилия начала иметь вес. Существенный вес.

Я все еще не возжелал смерти всего человечества, но многим из них определенно стоило сгинуть. Особенно тем, кто сегодня придет на черный рынок.

Глава 4

Не думал я, что действительно захочу исполнить желание Некоми. Ведь с самого начала она хотела прийти на черный рынок и порвать здесь каждого присутствующего.

Что ж, теперь у меня не было сомнений по поводу того, что делать дальше.

Томас пообещал провести нас на черный рынок, а оставалось лишь на месте придумать, как исполнить задуманное. Хотя у меня появилось несколько идей по поводу того, как увеличить шансы на успех.

Для начала нам следовало обзавестись отходным путем. Не знаю, что из себя представляет помещение черного рынка, но если поднимем шумиху, то нужно будет как-то выбраться из города.

Понятное дело, что пешком уйти от возможного преследования будет едва ли возможно.

Я оторвал взгляд от того самого пальто, которое и побудило во мне те же чувства, что были и у Некоми. Подошел к лисице и положил руку ей на плечо.

— Ты как?

— Нормально… — я не видел ее лица, но видел, что руками она трет глаза. — Эти люди ужасны. Я ведь поверила, что они не так плохи.

— Я тоже, но сегодня ночью мы отправимся в рассадник этой гнили.

Некоми резко обернулась.