Стая превыше всего.

Недоуменно нахмурившись, юноша сорвал печать и принялся читать корявые строчки, явно написанные рукой Скорбного Эдда. Тем временем, мейстер Уолкан хмуро разглядывал развалившегося на деревянной лавке Расса, которая не иначе как чудом до сих пор не развалилась под огромным весом. Мейстеру было строго настрого запрещено рассказывать кому-либо о новом обитателе Винтерфелла, и в том числе мейстерам Цитадели, и Уолкан, как преданный слуга Старков, четко выполнял приказ Короля Севера, но было очевидно, что его переполняют многочисленные вопросы.

Пока Уолкан изучал взглядом Волчьего Короля, Санса наблюдала за братом, и увиденное ее поразило. Джон побледнел, как никогда став похожим на мертвеца, и даже присутствующий здесь же сир Давос испугался, когда решил, что юноша вот-вот вернется обратно в царство мертвых. Но всех опередил Расс:

— Что там? — спросил он, вглядываясь в лицо Сноу.

— Это письмо от Скорбного Эдда, — Джон поднял взгляд на Сансу. — Он пишет, что из-за Стены в Черный замок пришла некая Мира Рид.

Судя по всему, это дочь Хоуленда Рида, лорда Сероводья.

— И что в этом важного? — Санса подалась вперед.

— Важно то, что вместе с ней из-за Стены прибыл наш брат, Брандон. Прямо сейчас они едут в Винтерфелл, — Джон перевел дух, после чего произнёс. — Санса, Бран едет домой.

Глядя на онемевшую парочку, Расс ухмылялся, демонстрируя окружающим свои острые зубы. Судя по всему, уже в ближайшее время семья Старков станет больше, на погибель всех их врагам.

Глава 3

Главные ворота Хайгардена закрылись сразу же, как только закрытая повозка оказалась внутри, и лишь в этот момент Маргери ощутила, как напряжение, не покидавшее ее всю дорогу, наконец-то отступило. Позади осталась Королевская Гавань, из которой пришлось столь поспешно бежать, там же осталась и Серсея, которая, по мнению многих уважаемых людей, окончательно лишилась рассудка, ибо то, что творила эта женщина, уже не имело хоть сколько-нибудь вразумительного объяснения.

Собственно, Маргери полагала, что с момента смерти Джоффри Серсея начала потихоньку сходить с ума, а прогулка нагишом по улицам Королевской Гавани лишь усугубила этот процесс, итогом чего стало уничтожение септы Бейлора. А то, что случилось с Томменом? Лишь когда они подъехали к родовому гнезду Тиреллов, до Маргери дошли вести о самоубийстве короля. Сожалела ли она об этом? Разумеется, нет.