Эпоха Опустошителя. Том III

Одним ловким движением Лиярт выудил из своего кольца похожий пространственный артефакт в виде тёмно-алого рубинового перстня и возложил в магический аксессуар не только ядра, но и множество различных сокровищ. Причем мертвец перемещал предметы нарочито медленно, чтобы я лицезрел всё своими глазами. И от увиденного я невольно выпал в осадок.

Груды золотых монет, драгоценные камни в виде изумрудов, алмазов и рубинов, Стихийные кристаллы, причем самых разнообразных стихий.

– Сто двадцать Высшего качества, сорок три Превосходящего, одиннадцать Исключительного, – усмехнулся иронично Август, бросая в мою сторону кольцо, которое я тотчас поймал и напялил на палец.

Прокляни сущее, Ярвир! Теперь мне никак нельзя подыхать! Впрочем, ладно, пора приступать к исполнению плана. Ох, зараза, надеюсь, я не сдохну.

– За что тебя сюда упекли? Рассказывай. Это третье условие. С некоторых пор я весьма щепетилен с заключением каких-либо рискованных сделок.

На секунду возникла гнетущая тишина, но затем мертвец расплылся в подобии довольной улыбки.

– Съел слишком много и не рассчитал собственных сил.

– Оставь софистику при себе, – поморщился невольно я, шагая в сторону короля нежити. – У меня язык подвешен не хуже твоего.

– Меня просто боялись, – пожал тот по-простецки костлявыми конечностями. – Боялись настолько сильно, что предали и ударили в спину. Тут состоялась моя последняя битва. Ранее данная Мёртвая коллизия процветала, потому как это огромное место было твердыней дома Август.

От услышанного я внутренне присвистнул, но вот презрительный шепот Руны был более чем красноречив:

«Сплошная ложь! Он многого недоговаривает».

Кто бы сомневался.

– Дай угадаю, – фыркнул насмешливо я, остановившись в паре шагов от короля. – Это место просто так превратилось в рассадник нежити. Да и вообще ты по жизни был белым и пушистым.

Стоило мне закончить, как лукавая улыбка Августа преобразилась в дьявольский оскал, а сам он будто упивался той радостью, которую ознаменовали дальнейшие слова:

– Хе-хе-хе.

Мириада сраных бед! Задницей чуял, что он законченный ублюдок.

– Скольких ты убил? – спокойно спросил я.

– Несколько десятков… миллионов, – расплылся тот в кровожадной усмешке.