Ученик смерти

Она отмахнулась от снарядов мечом, зажмурилась, когда первые осколки коснулись её лица, а когда открыла глаза, меня уже не было. Уйдя в слепую зону с правой стороны, я взялся за кинжал двумя руками и толкая оружие плечом собирался вбить клинок в щель между ребрами голема. И какого было мое удивление, когда Нисса успела развернуться. Это был полуоборот, но его хватило, чтобы я лишь слегка оцарапал бок стражницы и улетел в конец комнатки.

Сгруппировавшись, я приземлился, вцепившись в землю и руками и ногами, словно зверь.

Меня ещё слегка протащило по полу, когда я полностью остановился, касаясь пятками подпорки одного из помостов. Ладони стерло в кровь, ноги вероятно тоже, но меня это не пугало. Сейчас, все что я делал, имело смысл. Одна попытка окрыляет, заставляет выложиться на полную. Удивительное чувство.

Рывок. Связки прорывает болью. Плохой звоночек, значит выносливость заканчивается. Оно и не удивительно. Я не на свой лвл работаю. Когда опустится в ноль, нужно будет следить за дыханием и мышцами.

Там придется уповать только на возможности самого тела, не больше.

Нисса развернулась в бедрах. Изящно. Меч уже находился над её головой, когда она без замаха направила его кончик мне на встречу. Эльфийский клинок уже почти распорол мне грудь, когда я двинулся чуть в сторону, пропуская его сквозь собственное плечо. Лезвие прошло как раскаленный скальпель сквозь масло. В начале показалось, словно плечо пробил мимолетный холодок, тут же сменившийся чем-то жгучим.

Слово перекисью на рану полили.

-Ты хорошо сражался, - сказала Нисса с чувствами, которые я бы описал пренебрежением и одновременно уважением. – Никто из выходящих из этой тюрьмы не держался против меня так долго. Умри, зная, что я тебя признаю. Как человека и как воина.

-У меня получилось кое-что ещё, - сказал я, глазами указывая куда-то ниже.

Нисса потупила глаза. Одной рукой она держала торчащий во мне клинок, готовая в любой момент его провернуть, вторая же была занята борьбой с грудью размер которой не позволял увидеть торчащий между ребер воительницы кинжал.

Как и ожидалось, кожа у нее прочнее чем у человека. Именно потому и пришлось бить двумя руками. Но это возымело результат.

Кровь, вязкая, как моторное масло, толчками выбивалась из-под лезвия. Возможно, я себя убедил, а возможно, это действительно было так, но руки, сомкнувшиеся на рукояти кинжала, чувствовали, как бьется её сердце.