Ученик смерти

-Я… - хотел было продолжить Норимар, но осекся.

Самсон, вальяжно пройдя в квартиру достал из-за пазухи небольшой черный томик, обшитый выделанной кожей.

-В ходе обыска была найдена та самая утраченная литература, - улыбнулся Самсон одной из самых обезоруживающих и доброжелательных улыбок, какие я видел на лице. – Вероятно, нам придется продолжить в несколько иных условиях…

Я бы так и продолжил смотреть на происходящее, и даже делал бы это с кайфом. Просмотр фильма, где за ракурсы отвечаешь ты, это увлекательно, но внезапно я почувствовал боль.

Сначала на лице - как кулаком в скулу въехали. Затем в ребрах, словно… кто-то решил опустить на меня сапог.

-Тебе нужно вернуться, мальчик, - шепнул голос. На этот раз это был не крик китов. Или все-таки мне показалось, ибо голос стремительно удалялся. – Система адаптируется к нашим встречам. Не взывай ко мне часто. Не взывай к моему имени во снах и на яву. Найди мальчика. Научи…

И меня вышвырнуло в действительность.

В прямом смысле вышвырнуло, ибо я буквально влетел спиной в стену, выплевывая остатки воздуха, на котором жило мое настоящее тело в течении последних минут.

Вероятно, этот удар и завел мне сердце в нужные ритмы.

Кашляя, роняя на пол слюну и слезы, я корчился от жгучей боли в груди и дикой мигрени, сковавшей затылок. Надо мной нависло две фигуры: то была пара стражников. Пайка среди них не было. Один с оранжевым, мерзким лицом, покрытым россыпью родимых пятен. Из самых больших, выпирающих торчали черные волосинки. Второй был худой и взгляд у него был жестокий.

Он смотрел на меня, сверху вниз облизывая губы. Доспех на нем сидел совершенно неплотно, а на щеке красовался здоровенных размеров шрам. Если что-то и может украшать мужчину, так это что угодно, но не это. Тут и бригада пластических хирургов не поможет.

-Ну что, придурок, проснулся? – выпалил шрамированный и наступил железным сапогом мне на руку. – Что, думал, я дурак? Идиот?

Я принялся махать головой, но пятка мужичка лишь сильнее принялась ввинчиваться мне в ладонь.

-Мертвым он притворился.

Ага. Ублюдок. Ты слишком живуч, чтобы так просто сдохнуть, - продолжал шрамированный. – Ха! Это даже хорошо. Хочу послушать, как ты стонешь. Давай. Ещё разок, как сейчас было, когда о стенку приложился.

-Может не надо, Пригоршень? – встрял оранжевый. – Ну не дала тебе баба и не дала. Вон, поди на Ниссу своего дружка полимонь. Она ж такие дела не замечает…

-Нахрен иди! – бросил Пригоршень и нога соскользнула с моей руки. – Ты гребаный скотолюб.