Ученик смерти

Напоминала эта самая комната кордегардию: столы, пивные кружки, какие-то картины и нагромождения, походившие на строительные леса, куда вели самопальные лестницы. Бочки, судя по трещинам, пустые, а судя по паутине, давно. Нисса в этом притоне казалась алмазом в куче навоза. Она даже свет преломляла как-то иначе – не могла человеческая кожа блистать так же, как у неё.

-Жив. День прожит не зря. Ещё один?

Шаг. Я следил за мечом. Серьезная штука. Она держала его на полусогнутой руке и та даже не дрожала от веса.

Стянутые в напряжении мышцы на предплечий не в счет.

-Полагаю, ты тут давно стоишь, - сказал я, делая очередной осторожный шаг. – Твой создатель из числа тех, кто проектировал эту пещеру. Судя по состоянию тел внутри, дело это было давно… к женщинам вашего возраста лучше обращаться на вы?

Удар. Жесткий, экономный, хлесткий. Так, словно она пыталась рассечь планирующий к земле листик. Движение непринужденное и изящное, но лицо… такой ярости я даже на драконьей морде не видел.

Я успел перевести вес на правую ногу, даже успел отвернуть голову от удара и чуть провернуться на пятке, но уже чувствовал, как по шее разливается теплота.

Зацепила. Даже не смотря на то, что я заранее знал, откуда придётся удар, как он будет сделан и как именно следует двигаться, дабы не откинуть копыта. А ведь я всегда считал, что скорость реакции стоит на втором месте после чтения движений противника. Наверное, на подобных скоростях и с моей прокачкой вообще в подобные драки лезть не надо. Но я никогда казуалом не был: собаку съел на боях с превосходящими силами.

-Быстрая, - зажимая царапину, хрипло сказал я. – Столько лет прошло, а все такая же резвая, бабушка.

И снова яростная гримаса. Она так и стояла на месте, не в силах перешагнуть невидимую линию: могла лишь нависнуть над нею торсом… открывая вид на пару огромных, пышных грудей, прыгающих в такт её дыханию.

-Не удивительно, что тебе территорию охоты ограничили, - усмехнулся я. – Твой характер убивал бы всех заключенных.

Не тюрьма, а некропль… впрочем, он и сейчас некропль, но бедолагам дают хотя-бы шанс.

-Подойди ближе… - прошептала моя тюремщица. Почти, даже любезно, если не считать сжатые в оскале зубы.

-Ни в коем случае, - и я зашагал прочь, в недра своей «камеры». – Остывай пока. Я потом на огонёк зайду…

Это было чутье, тренированное не просто годами жизни, а столетиями. Учишься ощущать лопатками острые предметы, когда они смотрят туда с завидной периодичностью.