Ученик мракоборца. Книга 1. Испытательный срок

Потом вернешься, отдашь ведомость о получении – и можешь отправляться домой.

– Понял, – тихо, с кивком, ответил Страд.

Дролл развернулся, пересек зал. Поднялся по лестнице, и Страд остался наедине с корчащимся изуродованным кавером и тоской, разбуженной последними словами мракоборца.

«Домой, – повторил про себя Страд. – К толпе жалельщиков».

Но это было лишь половиной беды. К сочувствию он привык – как неизлечимо больной привыкает к болям, тошноте и слабости. Гораздо хуже другое: Страд не знал, что делать дальше.

«Неужели придется отказаться от всего?» – со страхом подумал Страд.

Он понимал, что если лишится цели, станет никем. Превратится в нечто жалкое, бесполезное и беспомощное. Внешне, конечно, он не изменится. Но внутри будет неотличим от того же искалеченного кавера, вынужденного доживать, наполняя пробирки собственным соком.

Нет, сдаваться нельзя. Страд вернется домой, расскажет обо всем старосте Гармадту, и тот обязательно даст совет. Деревенский прирожденный маг единственный верил в силы Страда.

«Выход должен быть. И я его найду», – сказал себе Страд, начиная успокаиваться, и повернулся к столу.

Глава 7

Спустя полтора часа Страд закупорил все четыре пробирки, полные желудочного сока кавера, и поднялся в комнату. Дролл вручил ему самодельную карту и, велев вытянуть руку, провел ладонью в дюйме от тыльной стороны кисти.

– Иначе не пропустят в Корпус Некромантов, – пояснил мракоборец.

Сейчас Страд, изредка поглядывая на карту, торопливо шел по узким и загаженным улицам восточной окраины. Многие дома были заброшены, от других и вовсе остались груды бревен и досок. Под ногами валялись объедки, гнилое тряпье, солома, испражнения… Идти приходилось зигзагами, чтобы не вступить в какую-нибудь мерзость.

«И это часть Баумары…» – думал Страд, покачивая головой.

Конечно, ему не раз говорили, что жилой островок посреди моря промышленных построек, именующийся восточной окраиной столицы, – это царство разрухи и нищеты. Иначе говоря, дно… Однако в действительности все оказалось намного хуже, нежели в речах рассказчиков.

Время от времени попадались обитатели трущоб: грязные и вонючие, с ног до головы в лохмотьях.