Книга 9. Пожиратель Драконов. Часть 3

Впрочем, тут уж скорее им повезло, а не мне.

После моего крайне плодотворного посещения потрохов дракона-титана плотность мировой ауры в моих тканях выросла примерно раз в сто.

Физическая сила тоже заметно выросла, пусть и не так шокирующе. Человеческая форма стала сильнее где-то раз в пять-шесть. Драконья же, с учётом комбинации факторов из уплотнения мировой ауры и в принципе увеличения с десяти метров до пятидесяти – где-то в семьдесят.

Уже одной только грубой мощью я бы вполне смог заткнуть за пояс сроковой ранг типа Шулара.

А ведь были ещё и мои Дары и приказы. Причём последние стали едва ли не сильнее и эффективнее первых, ведь мировой ауры для них теперь были тонны.

Хотя, после того, как Дар жизни достиг первого класса и мне открылся не только путь к собственной Сущности, но и совершенно иной способ применения самих Даров, ещё сложно было сказать, что: Дары или приказы – всё-таки побеждало.

В общем, отправившись искать медь и железо, я нашёл даже не золото, а россыпь драгоценных камней.

Правда, после такого шикарного шведского стола стало очевидно некое плато силы, на которое я вышел. Реальный эффект на моё физическое состояние смогла бы оказать только плоть монстра уровня того же дракона-титана. Да и Дары после достижения первого класса дальше развивать было невероятно сложно.

И это было большой проблемой. Может быть, собрав воедино все свои способности, я и смог бы составить конкуренцию сорок второму рангу, но до уровня Кассия или Палема не дотягивал даже близко.

Кое-какие планы у меня всё-таки были. Но ни один из них не был выполним в краткосрочной перспективе. Потому оставалось только надеяться, что экспедиция во дворец природы мне что-то даст.

У подножия ступеней мы стояли уже минут сорок. Ждали отстающих и опаздывающих. И всё это время я никак не мог избавиться от всеобщего внимания.

В мире Драконьих Островов Майигу не были объектами поклонения. Местные, особенно выходцы из крупных империй, которые Майигу посещали довольно часто, в большинстве случаев относились к ним двумя образами.

Либо считали их монстрами, пусть обрётшими сознание, но всё равно опасными и неконтролируемыми. Либо видели в Майигу какую-то диковинку вроде аборигенов Южной Америки для конкистадоров: существ, похожих на людей, но не достойными равного с ними статуса.