Под маской зверя

Торговец с удивлением уставился на тормознувшего возле его прилавка крупного мава.

- Охотник желает что-то продать? – вежливо спросил торговец. Он знал, к кому и зачем ходит Рурк, до этого дня не проявляющий интереса к его продукции. 

- Вот. – Мав вытащил из кармана резную деревянную фигурку танцующей девушки-ящерицы (хаски или хастянки?), отполированную руками почти до блеска. – Сколько дашь за это?

- Хм… - Торговец взял ее в руки, повертел, тщательно осматривая со всех сторон. – Откуда эта вещица? – невинно спросил он.

- Нашел. – Мрачно ответил Рурк.

- Большая редкость в здешних лесах. – Со значением в голосе произнес торговец, после чего добавил. – И оттого бесценная.

- Такая дорогая? – удивился мав.

- Наоборот, никому не нужная. – Торгаш давил лыбу, возвращая фигурку маву. – Я могу дать тебе за нее пару железных, чтобы было чем оплатить вход в город, но не более. У меня ее просто никто не купит. Может быть в Миргарде и найдутся ценители искусства резьбы по дереву, но точно не здесь.

- Что ж, и на том спасибо. – Рурк сунул фигурку обратно в карман и потопал к скорняку. 

Сделав вид, что поправляет сумку, он краем глаза заметил, как торговец подозвал к себе мальчишку и что-то говорит ему. Босоногий посол кивнул немытыми вихрами и тут же исчез в торговых рядах. Анга оказалась права, подумал мав. Зачем разбойникам нападать на городок, если они и так ведут себя здесь как хозяева.

Скорняк жил ближе к причалу и запах свежепойманной рыбы раззадорил аппетит мава. Желудок заурчал и Рурк сделал вид, что это он мурчит от удовольствия. Сам же поспешил к торговцу, который был не так радушен как торговец безделушками. Хмуро посмотрев на зверя, он молча указал рукой на весы, второй доставая счеты. Пощелкав ими, скорняк выдал:

- Тридцать пять.

- За три шкурки прыгунка и две верхолаза? – удивился мав. – Не маловато ли?

- Тебе в самый раз. – Мрачно отрезал Михей. – Бери деньги и проваливай, у меня работы полно.

Рурк фыркнул, но спорить не стал – знал, что бесполезно. Забрал расчет и ушел. Характер у скорняка был скверный, он так не только с мавом общался, но и с остальными, однако дело свое знал хорошо. И покупателей у него, несмотря на этот недостаток, не уменьшалось.