Легенда о свободе 2. Буря над городом

Он не обвинил ее в потере рассудка, продолжая слушать, а Алсая продолжала говорить:

– Племена на дальнем севере гибнут уже давно. Но сейчас это зло движется на юг – сюда. Очень скоро они будут в твоей башне! Не ожидай помощи ни от Верховного, ни от Совета Семи – ты ее не получишь. Организуй сопротивление… Хотя вряд ли это возможно… Лучше собери людей и уходи в глубь Тарии, предупреждай всех встреченных на пути.

Он нахмурился – ну хоть как-то показал, что услышал ее. Алсая замолчала, обдумывая, все ли сказано.

– И еще, – произнесла Алсая, уже призывая туман перемещения, – спасибо, что рассказал о стали в клинках, это помогло мне… чем-то помогло…

Алсая уже представила башню Тотиля, самый высокий балкон, где хотела сейчас оказаться, уже увидела землю далеко-далеко внизу… Прыжок туда, на балкон, и еще один – последний прыжок… настоящий… без использования Силы… Вниз!

Марто схватил ее за кисть руки грубой широкой ладонью, сжал так, что ей стало больно.

– Подожди! – сказал он резко. – Подожди, объяснись!

С ним она не сможет прыгнуть…

Глава 9. Вихрь

Итин Этаналь

Итин ворочался на постели – не мог уснуть. Было далеко за полночь. Его гости разошлись часа три назад, но взбудораженные последними событиями мысли отдыхать не собирались.

Мастер Путей! Настоящий! В его доме! Итин вертелся с одного бока на другой, иногда впадая в беспокойную дремоту, но тут же очередное воспоминание сегодняшнего вечера выдергивало его из неглубокого сна.

Сердце в груди стучало быстро, до ноющей боли, а перед внутренним взором проносились образы. Не башни, стены, мосты или колонны, как это бывало часто с Итином, а люди: застывший задумчивый взгляд Маха, такой необычный для подвижного лица юноши; полуоткрытый от удивления рот Шоса; восторженные глаза Марила; озорные огоньки во взгляде Лючин; улыбка Иссимы… Вирд Фаэль, принимающий решение доверить им свой секрет.

Итин всегда нарекал на судьбу за недостаток впечатлений и событий, и Мастер Судеб, видимо услышав его, решил излить на него перемены – все разом, словно ведро холодной воды. «Песнь горного ветра», суд над Кодонаком, покушение на его жизнь, новый дом, новые друзья – те же, что хотели его убить, – и вот, как будто этого ему недостаточно, – Мастер Путей.

Это было бы слишком для кого угодно, а уж для него так и подавно.