Порождение Истерии

Однако его слова прошли мимо ушей присутствующих, так как в данный момент все они были сосредоточены на вздутии шланга, гадая, проскочит Олицетворение или застрянет. Хоть они и надеялись на первый вариант, однако разум всё же больше склонял ко второму.

Поэтому момент, когда Олицетворение всё же оказалось всосано в бочку, и стал для них столь удивительным. Ну а следом за ним без лишнего сопротивления была втянута и оставшаяся вода.

– Олицетворение запечатано! – гордо констатировал Касьян.

Ни у кого не было слов, чтобы как-то ответить парню, поэтому все начали медленно аплодировать ему, делая это с толикой сарказма.

– Это хорошо, а как поступим с ним дальше?

– В смысле? – уточнил довольный Касьян.

– Я вообще не понимаю, с какой такой божьей помощью у тебя получилось его запечатать. Ты можешь гарантировать, что он не выберется, когда придёт в себя? – объяснил свою позицию Исидор.

– Нет, – честно признался парень. – Может, его там уже раздавило давлением? Поди сожми твою воду до такого объёма.

– Сомневаюсь, – покачал головой Исидор. – Скорее всего, эта бочка просто бездонна.

– Тогда… – задумался Касьян, ехидно улыбаясь. – А что, если мы превратим его в чужую проблему?

– Что ты уже задумал? – насторожился Исидор.

Однако Касьян лишь заулыбался пуще прежнего, явно довольный своей идеей:

– Например, мы могли бы отправить его в совершенно другой город. Например, в такой, где не живут рождённые, – соблазнял Касьян Исидора.

– Ты говоришь про Оливера? Этого уёбка?! – протараторил Исидор, явно предвкушая возможность насолить ему.

– Именно! Глядишь, повезёт, и он сдохнет, – Касьян говорил это, имея ввиду Оливера, а не Олицетворение, что явно намекало на крайнюю неприязнь к этому человеку.

– Будь всё так просто, я бы давно это сделал, – с грустью в голосе констатировал Исидор.

– Эй-эй-эй, – вмешался в разговор Вильям. – Вы что удумали! А если он узнает?! Я не собираюсь в этом участвовать! Мне не нужны проблемы!

– Не кипишуй, партнёр, – успокоил его Исидор, положив руку на плечо.

Громко сглотнув, Вильям перестал жаловаться, понимая, что его уже приписали в сообщники. А он, в отличии от Исидора и Касьяна, никаких претензий к Оливеру не имел, хоть и прекрасно знал о сложном характере последнего.

А причина, почему Вильям не хотел с ним проблем, заключалась в том, что тот являлся лордом соседнего города.