Порождение Истерии

Немного побурчав, Касьян, а следом за ним и Федот новь взялись за вёсла, но отплыть им не удалось. В это же время на воде около лодки появилась рябь, и вскоре на поверхность всплыла русалка, аккурат напротив Луки.

Девушка заманчиво потряхивала грудью, приманивая взгляды всех мужчин. Однако русалка выбрала в качестве своей цели спящего у борта Луку, который только и держался, что за счёт помощи Вильяма. Подплыв к подростку, девушка нежно провела рукой по его щеке, что каким-то чудом пробудило парня.

Веки Луки ненадолго задрожали, после чего распахнулись, открыв ему взор на прелестную русалку, что сразу же отплыла от лодки, заманивая юношу в воду.

Хоть по глазам и было видно, что парень пребывает в похмельном бреду, это не помешало ему кое-как осознать происходящее.

Недолго думая, если это вообще не были инстинкты, Лука выхватил весло из рук Федота, хорошенько приложившись тем по голове русалки. Рыба сразу же была оглушена, всплыв на поверхность брюхом к верху. Лука же никак на это не отреагировал, сразу же вернув весло Феде, дабы поскорее обратно уснуть.

Касьян и Федот быстро потеряли интерес к случившемуся, лишь слегка посмеявшись между собой. Вильяму же, наоборот, было очень любопытно. В голове мужчина похвалил Луку за его возможность столь трезво мыслить, ибо сам он, находясь в подобном состоянии, в тот же час сиганул в воду, привлечённый русалкой.

«Это даже хорошо, что его не придётся учить сдержанности. К тому же он защитил достоинство своего учителя.

Как бы я выглядел, будь мой наряд намочен?» – размышлял Вильям, почему-то искренне веря, что Лука просто оказался у русалки на пути к нему.

Парней же его мысли не волновали, поэтому они продолжили грести вёслами, совершенно не боясь опасностей, скрывающихся на дне. Вот только уплыть далеко им не дали.

На горизонте появилась чья-то широкая фигура, быстро приближающаяся к ним. Гремя цепями, тучный мужчина вышагивал по поверхности воды, пока не оказался рядом с лодкой.

Его никто не атаковал, так как пассажиры узнали толстяка.

Гостем, чьего имени Касьян не помнил, оказался настоятель какой-то там церкви, коих в городе, по причине многообразия его жителей, было полным-полно. Естественно, что и её названия парень тоже не помнил.

Сам же настоятель был тучным двухметровым мужчиной с величественным мамоном, прикрытым свободной чёрной рясой, уходящей до земли. Ещё большее уважение вызывала его пышная борода, скрывающая пухлые свиные щёки.