Порождение Истерии

А-ха-ха!

Томно вздохнув, Исидор проигнорировал мужчину, обратившись к двум братьям:

– Олицетворение было слабее меня, однако я всё равно не смог его травмировать. Этот артефакт сделал его совершенно неубиваемым, однако, как и сказал лорд, даже если всего два человека знают о его силе, это уже слишком много…

– Эй, не игнорируй меня, – прервал Вильям, явно желая привлечь к себе внимание.

Но Исидор не стал хоть как-то реагировать на него, вместо этого протянув иголку Касьяну и сказав:

– Можешь оставить себе, а можешь передать мне на временное хранение.

– Ты только не продешеви, – не задумываясь ответил Касьян.

Глянув на Вильяма, который только сейчас понял, что Исидор отобрал у него иглу, а он и не заметил, парень ещё больше убедился в верности своих суждений. Правда, даже если бы о артефакте знали лишь они с Всеволодом, Касьян всё равно не захотел бы его использовать, учитывая то, как позорно и легко умер старик.

К тому же ему была противна сама мысль сделать свою жизнь настолько хрупкой и подвластной случаю. Иглу, конечно, можно было спрятать в пространственном артефакте, но подобные вещи через чур заманчивы для кражи. А оставишь в доме, так какая-нибудь крыса может случайно наступить и раздавить. Ну и в принципе, что-то прятать в Землях Благодетелей – заведомо гиблое дело.

– Хорошо, – кивнул Исидор, а сам предмет их беседы бесследно исчез из его рук. – Теперь перейдём к делам поважнее.

– Ты, может, хочешь перекусить? – прервал мужчину Касьян, отодвинув стул и предложив присесть не своё место.

– Не голоден, – вежливо отказался Исидор.

Мужчина хотел было продолжить, но на сей раз его прервал Вильям, который встал из-за стола и собирался уходить:

– Не буду вам мешать. На этом мы прощаемся.

– Не так быстро, – сказал Исидор, положив руку Вильяму на плечо. – Тебя это тоже касается.

Будучи силой посаженным обратно на стул, Лафф невольно сглотнул, думая о том, как бы найти подходящий повод, чтобы поскорее свистнуть отсюда.

– Правитель только что поручил мне устранить кое-какого демона, – в голосе мужчины были слышны нескрываемые нотки недовольства вперемешку с отвращением.

– Тебе разрешили покинуть город? – не сдержав порыва радости, Касьян аж подскочил со стула.