Минский. Бойня у телепорта

Достойная смерть настоящего героя.

Значит, старший брат Анатолия был где-то рядом.

Туман начал быстро рассеиваться. Видно, маги, которые организовывали прикрытие для отхода плотов с освобождёнными пленными, уже находились на приличном расстоянии.

Стали различимы контуры берега, кромка леса, камни со срезанными верхними краями, поваленные магией стволы огромных деревьев, раньше нависавших над самым берегом.

Метрах в десяти, у самой воды, увидел силуэты трёх человек.

Один стоял и озирался по сторонам, вытащив из ножен острый клинок.

Я еле узнал его. Тело буквально порублено на куски. Такое впечатление, что его проглотила какая-то большая магическая тварь, пожевала, но выплюнула, найдя себе жертву получше.

— Как он? — спросил я.

Анатолий не ответил, он по-прежнему пытался влить в рот брату магический эликсир и периодически встряхивал его за плечи.

Виктор беззвучно покачал головой. В его глазах читалась грусть и сопереживание за друга.

Судя по внешнему виду Филиппа, здесь могла помочь только Софья Романова, одна из сильнейших магов жизни, курировавшая медицинскую службу всей империи. Но её здесь не было, как, впрочем, и другого медика выше шестого уровня.

Филипп мёртв, и это надо было признать.

Я подошёл к Анатолию.

— Пойдём, — я положил руку ему на плечо и немного встряхнул.

Тот, словно заворожённый, не обращал никакого внимания на меня.

Я понимал, что если мы ещё немного задержимся, сюда подойдут основные силы Крупского. Да и из передового отряда были убиты явно не все. Графа Озальта нигде не было видно. Я оглянулся: на каменистом берегу различимы трупы бойцов дружины Крупского, не менее десяти. Хорошо мы прошлись с друзьями.

Враги думали, что им будут противостоять маги, умеющие держать оружие лишь номинально, и их клинки спокойно разделаются со всеми благодаря антимагической броне.

Передовая шайка Крупского нарвались на нас.

Со мной было всё понятно. Всё же две школы владения клинком из разных миров сотворили просто адскую смесь, способную навести шороху даже без магии. А вот мои друзья — это уже совсем другая история.

Стрелок Иван не давал им даже приблизиться. Он хладнокровно расстреливал врагов, как только замечал их.