Демонолога вызывали? Том 1

Причем формально он свою задачу выполнил — Рафаил остается на месте и явно не в восторге от своей участи…, но вот это дурацкое пение больше раздражает не демона, а всех домочадцев в поместье. Но поиски моего нерадивого слуги могут и подождать — сперва нужно закончить разъяснительную беседу.

Хотя, глядеть на то, как демон медленно тлеет от песни… решение у бесенка вышло крайне оригинальное, стоит признать. И где он вообще нашел эту рухлядь еще и в рабочем состоянии?

Я снова перевел взгляд на демона алчности.

Иронично, но для отброса из адского пламени Рафаил слишком уж любил витать в облаках.

— Любопытно, — заметил я, — а вот у меня взгляд на нашу ситуацию совсем другой. Сколько ты здесь? Уже несколько часов, верно?

Пение стихло, и Рафаил облегченно выдохнул. Запах паленого мяса тоже стал немного слабее. Но ненадолго — и десяти секунд не прошло, как игла вновь побежала по канавке. Полилось пение под скрипки и флейты. Рафаил застонал сквозь зубы.

— Если бы ты был действительно важной шишкой в Аду, сейчас у ворот поместья уже было бы не протолкнуться от желающих тебя освободить.

Личи, может, даже парочка падших ангелов из «Черного Крыла»… Однако, как видишь, пока ворота целы и никто не стремится на штурм. Как считаешь, почему так?

Я читал эту дрянь по глазам, как открытую книгу. Как недописанный гримуар. Бедняга Рафаил очень хотел мне ответить, но отвечать ему было нечем. Он это знал. А еще знал, что я знаю. И жутко бесился из-за этого.

— Ты все нарочно придумал! — прошипел демон.

— Затаился в глуши, куда даже Недреманному Оку не добраться.

Я отмахнулся.

— Пустые отговорки, — я отмахнулся рукой, — Недреманное Око потому так и называется, что способно показать искателю любое место в любой момент времени, в какой ему заблагорассудится. А знаешь, почему тебе этот факт неизвестен? Потому что, Рафаил, ты преувеличиваешь свою значимость.

Его лицо вытянулось от изумления и шока, а глаза раскрылись так широко, что я думал они выпадут из орбит. Какая-то почти детская обида проступила на лице демона.

Почти как у ребенка, который внезапно уронил на пыльную землю целый шарик шоколадного пломбира. Если бы старина Рафаил не был мне отвратителен, я бы даже его пожалел. Наверное. Будь я в хорошем настроении.

Но я не был, потому что пение действовало на нервы.

— Да, — кивнул я сам себе. — Так и есть. К числу архидемонов ты не принадлежишь — их имена наперечет знает каждый демонолог, все двенадцать. Твоего в этом перечне нет.