Дионисов. За власть и богатство! - I

Рустам вынес чайник чая и маленькую самсу, а старик Али тем временем откланялся и сбежал на кухню — от греха подальше.

«Завтра продолжим», значит. Нет, ситуация, чтобы они оставались на борту — никуда не годилась. К тому времени из несчастных Штирцев можно будет делать строганину, да и про нас с Ангелиной к тому времени может дойти информация.

Лучшая оборона — нападение. Поэтому я решил пойти в атаку и немного его припугнуть.

— Завтра? Заночевать планируешь? — усмехнулся я и всё же перешёл на «ты». — Не страшно?

— В каком смысле? — нахмурился солдат.

— Ну, например, что придушат в тёмном коридоре. Или в туалете. Или пока ты спишь. Ты же не в экзоскелете будешь спать? В первый раз на корабле такой размерности, я угадал?

Фёдор мигом едва не побагровел, привстал, схватился за пушку.

— Александр, что вы такое говорите! — возмутился испуганный офицер корабля. — Никто, никто на корабле не желает уважаемым ревизорам зла!

Я кивнул.

— Нет, ты зря подумал, служивый, что это я вам угрожаю. Я добропорядочный гражданин, который едет искать счастья в новых землях.

Про «философский пароход» я сам не понял, что загнул, но, как минимум, собеседника озадачил.

— Мне плевать, что тут про нас думают! — оскалился вояка. — Приказ. Сухой закон, слышал про такое? Князь сказал — надо выполнять!

— Погоди, а слово Великого князя теперь выше слова Императора? У тебя чьё распоряжение вообще? Что-то я не слышал, чтобы Император говорил устраивать чистки по признаку устойчивости к алкоголю.

— Ты мне тут не умничай! — рявкнул Фёдор. — А если знаешь — скажи чего. Кто на нас зуб точит? Или кто, может, алкоголя много везёт? Эта твоя Ангелина сейчас указала на контейнер, и там, действительно, было пойло. Но мало! Явно где-то есть чего более интересное.

Хм, а не загнал ли я себя в ловушку, подумалось мне? Может, стоило держать язык за зубами?

Я решил сыграть ва-банк.

— Фёдор, я тебе прямо скажу — не перестарайся.

Глава 11. Убийство и затаённая злоба

— Что ты имеешь в виду? — поднял бровь слуга Болотниковых.

Корабельный офицер прямо-таки сжался. Наверняка знает про подпольный клуб капитана, понял я. Но сам я никого сдавать не собирался. И тем более не собирался допустить, чтобы меня допрашивали.