Кот, пощади!

Ох, а как же резко выросло любопытство клиентов, когда Рёдзи повысил на меня свой голос…– Да как ты смеешь, пёс?! Имей уважение! Это я здесь тебя приютил, а не ты меня! А переноска, это… Так надо! Знаешь ли, деньги у нас не бесконечные! Радуйся ещё, что она нашлась у одного из наших сотрудников, иначе и на это пришлось бы тратиться, блоха ты неблагодарная!

“Ты сейчас договоришься,” – ответил ему я, окинув двуногого ледяным взглядом, после чего добавил. – “Либо такси, а эту штуку ты возвращаешь обратно туда, откуда взял, либо мы с тобой становимся врагами”.

Он фыркнул, помялся, но согласился, вызывая машину.

Водитель внутри на меня, конечно, покосился, но ничего не сказал. До студии добрались минут за двадцать. Она оказалась на окраине в каком-то обшарпанном домишке трёхэтажном. Мне захотелось кое-кого убить.

Мы зашли в подъезд, поднялись по ступенькам, мужчина постучал в дверь обычной на вид квартиры. Открыла дверь нам молодая и эксцентричная японка. Невысокая, волосы светлые с цветными пятнами, словно краской побрызгали.

Лет двадцать на вид, рваные джинсы и ассиметричная белая блузка, где правая часть длиннее левой.

Она тут же расплылась в улыбке, приветствуя нас:

– Здравствуйте, уважаемый!..ые?! – она покосилась на меня. – Какой у вас кот харизматичный…

– Сервал, – поправил её Року с важным видом.

Я же прошагал в квартиру. Ну что сказать? Натуральный бедлам. Однако, пройдя до зала, я обнаружил, зачем мы сюда пришли. Во всю стену, стекая на пол, с потолка простилается огромный белый бумажный лист.

Ну или же тканевый, не знаю. Помимо фона, здесь так же есть и несколько ярких квадратиков на штативах, миниатюрный прожектор в углу и камера, лежащая на табуретке.

Девушка вбежала следом за мной, обеспокоенная. Року за ней, убеждая, что всё в порядке. Я же мягкими лапками прошествовал по комнате, элегантно потянувшись на ярком белом фоне. В этот-то момент фотограф и замерла, словно громом поражённая.

А потом, начисто игнорируя мужчину, начала таскать реквизит, просить сменить позы, предлагая образы и бегая вокруг, фотографируя со всех ракурсов…

Я был и в максимально гордой позе, выпятив грудь, сидя на возвышенности и с ракурсом снизу.

Потом и стоя. Потом и сверху, когда я попытался сымитировать человеческую мимику, словно приподняв бровь, а она фотографировала моё лицо крупным планом, но при этом захватывая всё тело. Был и грациозный прыжок вместе с пылающей вокруг меня сухой краской. Опадающие мне на лицо с высоты врановые перья.