Громов: Хозяин теней

– И не потому, что у Синода желания нет… нам бы свои Охотники крепко облегчили бы жизнь. Но… во-первых, душа твоя, как бы выразиться понятнее… пребывает опричь. И принадлежит не Господу.

Он перекрестился, а после указал на кругляшь.

- Отринешь её – утратишь дар… да и жизнь, скорее всего, тоже.

Вот-вот. Перебежчиков никто не любит.

- Во-вторых, указ государев прямо сие запрещает. И это правильно, ибо Церковь велика и люди в ней всякие бывают. Иные могут решить, что раз уж в их руках такая власть, то им и управлять не только путем в мир вышний, но и земным бытием, устраивая его по своему разумению.

А ведь даже если по благому, но силой, добра от этого не будет. В Европах вон как заведено?

- Как? – спрашивает Савка.

И мне вот тоже до страсти хочется узнать, как там, в здешних Европах заведено. В наших-то не особо интересно. Бывать доводилось. Иные и вовсе жить переехали, решивши, что так оно безопасней. Хотя как по мне, если надо тебя достать, то и там достанут.

А так-то…

Нет, я подумывал одно время.

Примерялся, представлял, как прикуплю себе замок да заживу там, средь истории и позолоты, важным человеком стану. А потом понял – хрена с два.

Не стану.

Один замок, десяток, да даже сотня, пусть бы самых древних и помпезных, набитых историческим барахлом по самую маковку, не сделают из Савки Грома аристократа.

Хотя и родословную мне приобресть предлагали. Под стать замку.

Да…

- А вот так, что и во Французском королевстве, и в Британском, и в Испанском, да и в Австрийском правят не короли, но Святая Инквизиция, которая за спиной стоит да указывает, как оно жить.

И подмяла под себя, что дарников, что Охотников. Про Сумеречный орден слыхал?

- Нет.

- Подрастёшь, - Михаил Иванович, кажется, притомился от душевной это беседы. – Тогда и узнаешь… хотя… они вот тоже горазды людишек собирать. Ищут молодых одарённых, сманивают, обещая силу и блага многие… впрочем, мал ты ещё.

Он осёкся, сообразив, что говорит не о том. И встал.

- Отдыхай.

- А… вы?

- А меня в храме вон ждут.

На службу. Обещался помочь вашему отцу Афанасию… заодно и с благословлением, - он покачал головой и добавил: - На всех не хватит, чтоб вот как тебя, но понемногу каждому достанется. У каждого свой крест.

- Вам… больно?

- Больно? Нет, скорее уж… неприятно. Вот как… касторовое масло пробовал?

- Гадость! – Савку аж скривило.

- Вот! А теперь представь, что оно у тебя и на завтрак, и на обед, и на ужин… это если по ощущениям.