Амхельн. Под знаком орла

- Кажется, у вас было ко мне какое-то поручение? Я готова выслушать и очень тороплюсь вернуться в постель, - Ева демонстративно достала кристалл, который вынула из зеркала, и снова активировала портал, намекая на то, что Алларду пора.

- Вообще-то есть, - Рейн поднялся с дивана, застегнув рубашку, и подошел к порталу. – Галбрейт просил передать, чтобы ты занялась нашей гостьей из Шеута, ей здесь крайне одиноко.

- Кэтрин?! Почему я?! – победоносная улыбка тут же сползла с ее лица.

- Она ведь жена твоего кузена, как-никак, - на этот раз самодовольно усмехнулся генерал.

Глава 5-1

Лонде-Бри

Нацепив черное трикотажное платье с глубоким разрезом, c декольте и шнуровкой спереди, которое облепляло ее словно второй кожей, Ева надеялась, что абсолютно никто не обратит внимание на ее лицо. Она всегда надевала откровенные наряды, когда испытывала страх. Каждый шаг по Дому правителей давался с невыносимым трудом, ноги буквально подкашивались. И если эпигонов можно было легко ввести в заблуждение вызывающим нарядом, то вот от ворон Галбрейта было не скрыться.

Ее пугали звуки, проносившиеся по коридорам. Здесь часто кого-то пытали, поэтому сложно было угадать, кому именно принадлежит вопль - очередному аристократу или Джоан Берч, которую поймали благодаря Еве. Она ненавидела себя. Каждую секунду с того самого момента, когда с рыжей стражницы Эстера сдернули капюшон в тронном зале. Они с Джоан были знакомы всего пару дней, зато с Клаусом - гораздо дольше.

Как будто она окончательно перешла черту, которую так старательно избегала все эти годы – встала на сторону Амхельна. Эти люди разрушили ее жизнь, пытали, заставляли делать самые грязные дела, а теперь она с легкостью сдала тех единственных, кто вообще сейчас мог противостоять им. В ее голове звучал только один вопрос: «Что я наделала?».

Ева остановилась возле кабинета Галбрейта, сделав глубокий вдох, пытаясь унять свой страх. Равена не проведешь ни красивыми нарядами, ни убедительной речью, как только он почувствует в ней слабость, сразу же начнет пытать. И если с Рейном она могла скрыть свои страхи за другими эмоциями, то здесь от нее требовали строгого повиновения и только его.

- Еванджелина, не ожидал увидеть вас так рано, - наиграно произнес Равен, убирая какое-то письмо в ящик стола.