Минский. Изгнанный попаданец

Однако хорошее на этом закончилось, так как по дороге попался первый заместитель начальника поезда, который повёл меня в кабинет своего босса.

Борис Петрович, как обычно, пускал дымы и попивал неспешно карамельно-коричневый эликсир.

Удивительно, что он на ногах ещё стоял к четырём-то дня.

Хотя, завтра утром прибытие в Петербург.

Возможно, он не планировал напиваться сегодня, в надежде завтра выглядеть свежим, как огурчик.

— Вызывали? — поинтересовался я.

— Вот, подпиши, — махнул он рукой на стопку бумаг на своём столе.

Я быстро прочитал и подписал документы о закрытии контракта. Всё четко, без лишних оговорок.

— А теперь выматывайся из состава, — раздражённо постукивает начальник по своему стакану.

— Я планировал доехать до Петербурга. Согласно договору, у меня есть право после закрытия контракта покинуть поезд на конечной остановке маршрута.

— Вот вы вечно все такие умные после увольнения, а до него даже свои должностные инструкции толком не знаете, — заворчал Борис Петрович, морщась.

— Мне кажется, Вы меня с кем-то путаете, — нахально пикировал я.

Бывший начальник пристально посмотрел на меня, потом выпустил очередное облачко дыма, снисходительно кивнув.

— Ладно, только не в основном составе.

— Да я быстро, сейчас вещи соберу свои, потом тихо в ресторане посижу в уголочке.

— Ладно, — благосклонно кивает начальник, — можешь там попрощаться с остальными, но чтоб в Бологое тебя на основном поезде не было.

— Спасибо, Борис Петрович, я в первый тогда переберусь, там и поеду.

— Езжай, только вот форму свою не забудь оставить, а то я вас знаю — вечно что-то на память стащить хотите.

Я кивнул и покинул кабинет.

В моём вагоне никого.

Видимо, Ивана гости подрядили на какое-то поручение. Сами же, наверное, опять по ресторанам пошли. Хотя стоянка тут небольшая: всего два часа.

Вошёл в служебное купе.

Начал вскипать, как только увидел свои разбросанные вещи. Тут явно постарался мой напарник, возможно, искал что-то ценное.

Налил себе крепкий чай с мятой, сел у окна в ожидании Ивана.

Услышал через закрытую дверь, как пришли пассажиры, голос проводника. Поезд тронулся.

Чуть не заснул от усталости из-за всех сегодняшних приключений, свалившихся на мою голову.

Минут через сорок в купе зашёл Иван.

Не заметил меня.

Сел, уставился вперёд испуганным и обречённым взглядом.

Видимо, на станции опять звонил своим кураторам, а они его огорошили новостью о сгоревшей типографии и вырвавшимся из плена сумасшедшим с двумя клинками.