Минский. Изгнанный попаданец

— Это больше заслуга двух его заместителей, которые готовы глотки друг другу перегрызть, только бы занять место начальника поезда. Борис Петрович периодически распускал слухи о своём скором уходе. По крайней мере, с самого начала моей службы шептались: то он увольняется через месяц, то летом, то в начале года — и так постоянно.

— Как заместители ещё не разгадали его уловок?

— Кто знает, что у них там в голове, люди они сложные. Познакомился с ними?

— Только с первым, второй за эти две недели ещё ни разу не попался.

А тот, что подкараулил меня сегодня утром, самая большая гумозная свинья, которую я только встречал за всю свою жизнь. А мне есть с кем сравнивать: те же гоблины были теми ещё свиньями в общении, особенно если дело касалось финансов.

— Да, ты прав, он такой. Второй же — скряга. Ты его не видел потому, что он постоянно пропадает во втором поезде сопровождения, где всё пересчитывает и перепроверяет.

— Значит, второго не будет на моей экзекуции?

— Да, тебе повезло, нервы нам трепать сейчас будут только двое.

— А как же охрана, от них кто-то будет?

— Думаю, нет, им сейчас не до тебя. Охрана состава не подчиняется начальнику поезда в полной мере. Она отчитывается лично руководителю ИСБ в столице. Нас тут каждый месяц курирует новый человек. Недели три назад назначили нового майора. Обычно начальник охраны всё время проводит на первом поезде вместе с основной группой ударных магов охраны. Песочить же тебя он если и будет, так только по прибытию.

— Так чего мне сейчас ожидать?

— Да хрен их поймёшь, они все тут немного тю-тю.

Хотя ты отжёг знатно, я уж подумал пару раз, что всё, конец, прощай моё тело, но нет, выжил. Ладно, мне пора, сил больше нет, поговорим позже.

— Пока, — попрощался я с бывшим хозяином тела.

Некоторое время начальник поезда смотрел на меня молча, погрузившись в свои мысли. Потом Борис Петрович взял телефон и вызвал своего первого заместителя. Тот появился мгновенно, будто специально ждал за дверью.

Значит, решили мне тут взбучку устроить.

Ну давайте, давайте. Я жду.

Сначала меня песочили за несданный отчёт о происшествии в день загрузки, потом — за нарушение правил корпоративной этики.

Угрожали немедленным увольнением.

Кончилось всё тем, что мне вручили повестку на заседание дисциплинарной комиссии железнодорожного совета в Санкт-Петербурге через пять дней. Там будет рассматриваться вопрос о наказании за неэтичное поведение и порчу казённого имущества.