Минский. Изгнанный попаданец

— То есть они без проблем пройдут все проверки?

— Да, никто не подкопается.

— Хорошо, с этим вопросом тогда всё, держи пока вот этот паспорт при себе.

Ванька убрал протянутый ему документ во внутренний карман железнодорожной формы.

— Что касается меня, — продолжил я, — думаю, нужно будет заняться восстановлением документов уже в колониях.

— Не получится, тебя без паспорта через телепорт не пропустят, желательно ещё бумагу о дворянстве иметь.

— Значит, придётся в Перми заняться восстановлением паспорта и бумагу запросить о присвоении мне личного дворянства.

— Зачем, — улыбнулся Иван и похлопал себя по карману, — мне с этой личностью будет намного безопаснее, чем с настоящей.

— Как же тогда ты планируешь на «Точку» через телепорт попасть?

— Как и они, — Ваня махнул в сторону наших соседей по вагону. — Во-первых, можно пробраться с помощью контрабандистов, во-вторых, можно завербоваться в вольные охотники сроком на три года, ну а в-третьих, взятку работнику телепорта никто не отменял, — Иван расплылся в широкой улыбке.

«Егор, спроси его про князя, коль Ваня сейчас такой разговорчивый. Я хочу знать, кто он такой», — попросил меня реципиент.

— Расскажи мне, откуда ты так много знаешь о делах, которые творил Артуз?

— Дядя мой, который без магии, был главным идеологом социально-революционной партии. А как я инициацию не прошёл, он меня стал таскать с собой везде, а потом до своей кончины умудрился меня в ИЖД пристроить.

— Ну у тебя и родственнички, Давыдов, а я думал только банкиры.

«Теперь понятно, почему два моих напарника до Ивана куда-то исчезли, да и меня чуть машина не сбила. Походу, два года назад это всё для него расчищали, чтобы он точно попал на нужное место», — прокомментировал Антон.

— Так ты с Артузом был знаком?

— Да, он курировал центральный округ. Мой дядя его хорошо знал.

— А что это за князь ими всеми рулит?

— Князь? — с неподдельным удивлением поинтересовался Иван.

— То есть ты реально так и не знал, кто за всеми этими Артузами стоит?

— Нет.

— Эх… — махнул я рукой, вспомнив, что во время присутствия князя Иван был в бессознательном состоянии.