Тринадцатый IX

– Алексей Дмитриевич, да чего вы с ним возитесь? Хочет умирать, так пускай, – хмыкнул Олег.

Я посмотрел на некроманта так, что он отпрянул. Терпеть не могу, когда в мои планы вмешиваются.

– Простите, князь, – попятился некромант.

А я вернулся к разговору с Константином:

– Ты жив только потому, что я велел регату тебя спасти. Сейчас он подчиняется мне.

– Врёшь! Или ты ту летающую в воздухе верёвку называешь регатом? – парень указал на Зубастика. – Эти монстры сразу нападают, а ты мне лапшу на уши вешаешь!

Он не понимал… или не хотел понимать.

Вместо того чтобы доказывать парню свою правоту, я в три шага оказался возле него и схватил его за руку. Отщипнул от своего магического источника небольшой кусок, и направил его в тело парня. У Романова уже был магический дар, совсем слабый, неразвитый. И сейчас источник магии видящих вставал рядом.

Даже если это не поможет, то потом дар видящего сможет развить новый владелец этого тела.

Парень застыл в полном шоке.

– Что ты сделал? – тихо спросил Константин. – Что за странное тепло?

– Обернись, – указал я и отпустил его руку.

Парень повернулся к регату и проморгался.

– Охренеть… – всё, что он смог выдать. – Это и есть регат.

– Это регат, которым стал твой брат после смерти, – уточнил я.

А вот в этот факт по-прежнему не мог поверить.

Они с монстром смотрели друг другу в глаза, словно оба надеялись там что-то увидеть.

А я продолжил:

– Константин, тебе надо понять. У твоей семьи забрали власть. И сейчас новым императором провозгласил себя Вячеслав Голицын.

– Вячеслав… помню его. Он же бастард! У него нет никаких прав! – нервно ответил парень, не отводя взгляда от монстра.

– Но он собрал на своей стороне столько союзников из аристократии, что смог претендовать на власть. И теперь только мы можем её оспорить.

– Так, в чём проблема? – парень обернулся ко мне. – Давай его убьём, и я стану новым императором!

Я усмехнулся. Детская наивность…

– Только вот Вячеслав тоже обрёл бессмертие, а детей у него нет, которые бы могли обратиться монстрами и убить его.

Краем глаза я заметил ошарашенные глаза моих некромантов. Они-то всей правды не знали. А им и не надо было. Но сейчас уже всё равно, под клятвой крови они точно лишнего не расскажут.