Последние из легенд #3

Все-таки этот парень был неисправим, даже на краю гибели он умудрялся не падать духом.

Брабл вернулся в сопровождении прихрамывающей Аюны и, присаживаясь рядом, протянул Тиму сумку.

Рационов осталось всего семь. Разворачивать новый брикет румаг не стал, решив, что на собственную пустяковую боль, которая почему-то мешала сейчас нормально дышать, хватит и небольшого кусочка. К утру, когда действие первого рациона пройдет, можно будет оценить травмы, полученные отрядом, и, возможно, поделить еще одну упаковку, которая теперь заменяла ему универсальную аптечку.

– Слушай, румаг, я тебя уже боюсь. Ты прям загадка. Чего тут произошло-то? До твоего прихода Ардан со Стимиром битый час ковырялись с камнем, и все тихо было, – беззлобно проворчал Брабл.

– Все потом, – пережевывая рацион, оборвал его Тим. – Диалайна где?

– Там, – Аюна указала топором куда-то в сторону, – только она это …

«Мертва?», – Тимур сразу же представил, как взрываясь, великан придавил несчастливую охотницу, и лежит сейчас эта суровая северная женщина, возможно, разбросанная по частям на площади в несколько метров, и глядит пустым взором на луну.

– Чего она? – встревоженно поторопил Аюну Брабл.

– Кажется, она не в себе, – пожала плечами воительница. – Все шепчет какой-то бред про несправедливость и ковыряется в камнях. Ворочает булыжники, а у самой все лицо в крови. Бррр. Пошли покажу.

– Нашла! – разнесся по округе радостный возглас Диалайны, Тимур даже подняться не успел.

– Ну раз нашла, Брабл, сходи, пожалуйста, забери ее уже оттуда.

Тим помог Стимиру подняться на ноги и, закинув его руку себе на плечи, потащил ослабленного охотника к месту стоянки.

Пот заливал лицо, когда они наконец-то добрались до тлеющих углей.

– Эх, сейчас бы печенок из картошки напечь. Стоп. А где Ардан? – спохватился румаг.

– Я схожу посмотрю. Может он отстал, – предложила Аюна.

Вспомнилось, что бодрый голос Ардана звучал уже после боя, и Тимур совсем не стал волноваться, как и спорить с воительницей, которая сама уже побежала в обратный путь.

Усадив Стимира на камень, он сбросил накидку, куртку, задрал рубаху и осмотрел огромный синяк у себя на ребрах.

И ведь что интересно, опять сам не запомнил, когда это его так сильно приложило и чем.