Последние из легенд #3

Небольшая створка поднялась, открывая скромный хорошо освещенный зал, посреди которого стояло три пюпитра с раскрытыми толстыми книгами.

Тимур подошел к первой подставке, но на открытых страницах кроме слоя пыли было пусто. Он попробовал перелистнуть, и книга захлопнулась сама собой. На обложке вдруг сформировалось объемное лицо и древний манускрипт заговорил.

– Ну наконец-то. Эй, вы там, он пришел.

Соседние книги тоже захлопнулись, а Тимур отступил назад, попытавшись достать клинок, но вспомнил, что не взял его с собой, выходя из комнаты утром.

– Я уже думала, что мы навечно заперты тут и никогда не увидим белый свет, – продолжил мелодичный женский голос. Это говорила вторая книга. Лицо на третьей обложке лишь зевнуло.

– Румаг, но неумеха? – снова начал первый голос.

– Дух в чужом теле, – хихикнула женщина.

– Говорил я вам, что надо было, как и он, вселяться в чаров, а не в дурацкие книги, – раздался бас третьего, самого толстого фолианта.

– Нет, тут другое. Присмотрись. Тело несет магию, а дух слаб.

– Не понимаю.

– Я тоже ничего не понимаю, вы кто такие? – вмешался в диалог Тимур.

– Я Мелавриан.

– Я Анника.

– Ну а я Кориндарион. Слышал о таком? – пробасил последний.

– Слышал. Буквально вчера, – пятясь к выходу, сказал Тимур.

– Помнят, значит, потомки. Эй, стой! Куда ты?

Глава 28. Айтана

– Фэй, будь ты проклят, напугал! – Жанна едва сдержалась, чтобы не снести оскаленную голову ближайшему низшему. Тупые твари просто бродили вокруг нее, вовсе не собираясь нападать, но кто же знал, что это «свои» монстры.

Отшельник огрызнулся, что легко улавливалось по интонации, но не стал долго распространяться на бессмысленные препирательства. Осмотрев Темного с головы до ног, Жанна удивилась. Астет явно снова не сидел без дела, и со вчерашней их встречи посох шамана претерпел значительные изменения, да и компания его несмышленых товарищей опять увеличилась. Темный тоже прокачивался, преследуя какие-то свои, никому не известные цели.

Не говоря больше ни слова, Фэйглинг присел к костру и принялся готовить зелье. Собственно, Жанне и поболтать-то с одиноким отшельником было не о чем, учитывая его неспособность говорить на всеобщем языке. В попытке скоротать время, девушка принялась рассматривать собственный посох. Он был куда проще, чем у Фэйглинга, и Жанна попыталась встроить в него трофейные элементы. Мелкие склоки отвлекали, то рыча, то перекликиваясь.