Дети Богов

— Но прежде расскажи, откуда ты узнала о нашем отбытии?

— Казармы полнятся разными слухами: от самых наивных до исключительно выдуманных. Я и сама не дура — на островах скрывается нечто пугающее. Впервые в ваших глазах читался сковывающий страх, а мое сердце замирало от животного ужаса, стоило нам приблизиться к берегу. Я знала, что вы это так не оставите. Возьмите меня. Дайте и мне возможность доподлинно узнать природу этого страха.

— Ты будешь лишь мешаться на палубе. Между этими людьми имеется сработанность — они на голову выше тебя по подготовке.

— Я готова взять тряпку в руки, сесть на весла или просто забиться в самый дальний угол — только бы попасть на один из этих кораблей.

— Упрямая Лиса! — Амин помассировал лоб. — Мы не будем приближаться к островам, а поглядим на них издалека. Прометей принял решение о высадке полноценной ударной группы, которой я должен посильно обеспечить первоначальную безопасность и пути отхода. Если тебя это устраивает, то запрыгивай.

Аминтас рассматривал забирающуюся в лодку девушку, размышляя, не зря ли он уступил ей.

Своей мешаниной маленькая Лисица на деле не доставит команде проблем — при нужде она смогла бы спрятаться даже в пустой комнате, — но за ее действия при появлении неведомой ранее опасности он не ручался. Растерянность может стоить Калипсо жизни. Тем не менее ему было проще взять ее, чем выслушивать бесконечные мольбы и уговоры.

Кали умела как следует присесть на уши. Вся ее натура трубила о наличии у нее длинного языка и врожденной хитрости: лицо девушки украшали узкие скулы с небольшими ямочками на щеках, острый подбородок, миловидный носик, широко распахнутые ярко-зеленые глаза и изогнутые густые брови.

Амин в первый же день нарек Калипсо Лисицей из-за ее характерной внешности, а остальные в отряде быстро подхватили это прозвище.

Уже сидя в лодке и качаясь на волнах, Аминтас опустил руку в воду, знакомясь с сегодняшним морем. Желаемого штиля не предвиделось — то поднимающийся, то успокаивающийся ветер мог либо придать кораблям скорости, либо окончательно разбушеваться и превратить воинов в безымянных мертвецов на дне океана.

Амин не знал, кому молиться — Прометею, Посейдону или Кайросу, — он обратился ко всем сразу, попросив у них помощи.

Солон

Солнце едва появилось из-за горизонта, озарив теплыми лучами крыши домов. В лицо Солону бил ветер далекого Восточного океана, развевая его редкие седые волосы на голове и подол длинного котта[40].